Нуразги продвигались вдоль Рубца. Увы, не приходилось надеяться, что им неизвестно местоположение моего поселения. Один болтливый дурачок выболтал им и его, наравне с прочим. Племя шло налегке, без многочисленного скарба, жен и детей, оставив их всех на той стороне Жженой равнины. Вытянувшись длинной змеей, они относительно неторопливо, рассылая по сторонам длинные лапы дальних дозоров, целенаправленно двигались на север. Охранение не позволяло моим собачкам подойти слишком близко, и потому, возвращаясь в Дыру, они транслировали мне лишь образы небольших отрядов в десять-двадцать рыл, которые наткнувшись на моих собачек, тут же вызывали подкрепление. Таким темпом они должны были быть у стен поселения уже завтра.
Но я, конечно, не собирался им давать спокойно гулять по землям, что уже считал своими. Тем более что каждый день их промедления давал мне Ману на новых юнитов. Программа минимум была задержать кочевников хотя бы на сутки. Для этого я хотел применить простую, но эффективную тактику. Маячить на грани видимости, создавать угрозу, громить дозоры и малые отряды и отходить, как только наткнемся на превосходящие силы врага. Серьезное преимущество в скорости располагала к такому способу ведения боевых действий.
Сердце учащенно забилось, когда отряд выступил за ворота Дыры. Хотя я уже не раз водил в бой свои войска — это была особая по значимости операция.
Утром прибыл еще один песик, доложивший, что нуразги переночевали у большой излучины Рубца, и не торопясь двинулись дальше на северо-запад. Теперь от поселения их отделял примерно один дневной переход.
Уже отъехав на приличное расстояние, я бросил последний взгляд на приземистую крепость, в которую начали превращаться Дыра, и приказал гнать во весь опор.
К примерному местоположению нуразгов мы прибыли через три часа. Дальше необходима была осторожность. Впереди отряда, веером, я разослал десяток песиков, так, чтобы иметь с ними мыслесвязь и не прошло и двадцати минут, как крайне правая Гончая углядела противника.
Тут же скастованный Взор Ахара, прояснил силы врага. Это оказался небольшой отряд, в дюжину рыл, что, петляя, осторожно продвигался в нашем направлении.
План нападения был прост. В отличие от битвы у Топных Теснин я не стал перемудривать, и приказал обрушиться на врага всей массой, чтобы раздавить ублюдков так, как каток давит зазевавшегося голубя.
Гончим не приходилось приказывать дважды. Уже через мгновение я оказался во главе рычащей саблезубой лавы.
Сердце запело от ощущения мощи и непобедимости. Воздев секиру над головой, я закричал что-то дурацкое про славу и смерть!
Йеху! Как же это круто! Нестись на врага во весь опор!
Шарик издал трубный звук, меж рогов закружились невесть откуда взявшиеся снежинки, я почувствовал холод, и меня обдало ледяным ветром, что обернулся вокруг едва заметным маревом. Рядом закричали Бесы, на скаку раскручивающие свои пращи. Облаченные в хитиновую броню, они были похоже на жуков переростков, невесть зачем решивших прокатиться на собачках-альбиносах.
Полминуты лихой скачки и мы вылетели на застывшую цепочку нуразгов, верхом на зашитых в броню хряках. Они медлили, пытаясь смекнуть, что к чему. Еще не понимая, что каждая секунда топтания на месте приближала их к смерти.
Наконец их командир сбросил оторопь и начал действовать. А именно приказал драпать со всех ног!
Ха-ха! Но это было самое идиотское решение, что можно было придумать! Коротконогие гаваки не имели никаких шансов убежать от Гончих Хаоса!
Но не все было так просто. Нас ожидало пару неприятных сюрпризов.
Первый выпорхнул из рук командира нуразгов и стрелой помчался на юго-восток. Это означало, что у нас не так уж много времени, чтобы разобраться с ублюдками до прихода подкреплений. А второй заключался в том, что когда до улепетывающих во все лопатки кочевников оставалось не более пары десятков метров, прямо перед носами моих собачек вдруг возникло трое Боргов…
Млять!
Одна из Гончих с разбегу налетела на древообразное существо и они, сплетшись в один яростно сражающийся клубок, упали в какую-то трещину. Раздавленный Бес слабо вскрикнув, отъехал в свою бесовскую Вальхаллу.
Другие Борги, в мгновение сориентировавшись, что есть мочи хлестанули по пролетающим мимо песикам. Бедные собачки, теряя куски мяса из рассеченных боков, кубарем покатились по раскаленному граниту. Что случилось с их всадниками, я рассмотреть не успел, наша атакующая лава пролетела дальше.
Убью-у-у! Я рассвирепел из-за неожиданных потерь. И хорошо, что Борги остались позади, а не то я наверняка бы сотворил какую-нибудь глупость.
В Гончих ударило несколько одиноких стрел, на которых те не обратили никакого внимания. И тут же грянул ответный залп! Каменный дождь просто смел нескольких всадников с гаваков! А через мгновение остальные были погребены под розовой массой и растерзаны в мгновение ока! Для Гончих нет ничего проще, чем ударом лапы сбить наземь улепетывающего человека, и откусить ему голову.
