Всеобщее наслаждение новой игрой продолжило приносить многим радость и после того, как луки и стрелы были забыты. Видя, насколько дети пристрастились не только к стрельбе, но и к чтению, мисс Селия отправила целую коробку новых и старых книг в городскую библиотеку, которая наподобие большинства провинциальных библиотек была снабжена до крайности скудно. Пример девушки оказался заразителен. Последовали пожертвования от других людей, покрытые пылью полки в маленькой комнате за помещением почты словно по волшебству заполнились, и так как событие это совпало с началом каникул, то встречено оно было с большим воодушевлением. И какое же счастье, когда есть возможность насладиться чем угодно – древними книгами о путешествиях, прекрасными современными романами, стихами, особенно если времени благодаря каникулам для чтения предостаточно.
Успех первой попытки на ниве благотворительности вдохновил мисс Селию, и она принялась обдумывать, какими еще путями способна помочь, а приложить усилия здесь было к чему. Замыслом своим она не поделилась ни с кем, кроме друга за океаном, но мало-помалу у нее вызревали все новые планы, которые позже самым прекрасным образом осуществились.
Первое сентября наступило, как всегда, слишком быстро. Мальчики и девочки потянулись со всех сторон города к восточной его части, где стояло здание школы, которое они называли «шкатулкой знаний». Вышагивал на сей раз среди прочих и Бен с аккуратной связкой учебников под мышкой. Шаг его был тверд, вид независим, хотя за храбрым фасадом скрывалось смущение из-за новизны ситуации, которое побуждало его вести себя так, чтобы никто не смог догадаться: в свои тринадцать лет он никогда до этого дня не переступал порог школы. Мисс Селия загодя поделилась его историей с Учительницей. Та была по натуре добра, да к тому же еще воспитывала собственных младших братьев, поэтому ей было нетрудно войти в положение нового ученика, и она, как могла, помогала ему освоиться. По части грамматики и правописания он оказался настолько хорош, что скоро с вполне обоснованной гордостью занял первое место среди одноклассников. А вот с арифметикой дело у него складывалось гораздо хуже. «Ускоренная подготовка» Торни принесла мало плодов, и Бен был вынужден осваивать этот предмет с самого начала. С этим он очень мучился. Милая Бетти сочувствовала ему от всей души, а потом страшно радовалась, когда успехи его стали превосходить ее собственные. Весьма относительное, впрочем, завоевание. Ведь сама Бетти особых талантов к учебе не проявляла, и если Бэб проскакивала разделы учебников стремительно, порой опережая даже старших девочек, то сестра ее вечно плелась в хвосте своих одноклассниц, каждую новую тему усваивая с большим трудом.
Бен, будучи не слишком высокого роста, внешне почти не выделялся среди одиннадцатилетних, а умом обладал достаточным, чтобы быстро наверстывать упущенное, и занялся учебой в школе так же упорно, как раньше осваивал какое-нибудь головокружительное сальто или стремился уверенно доставать пятками до головы. Прежние тренировки придали его телу ловкость, а мышцам крепость, и оно могло надежно ему служить в любых обстоятельствах. Теперь он должен был потрудиться, чтобы и разум его, обогащенный образованием, начал служить ему в жизни столь же верно, как натренированные мускулы, нервы и глаза служили при выполнении головокружительных трюков, не позволяя сломать себе шею. Все это Бен понимал и не оставлял усилий, веря, что упорство в конце концов принесет плоды, хотя арифметика ему пока упорно не подчинялась. Но человек, умеющий, прокрутив дюжину сальто, приземлиться на обе ноги и встать неподвижно, как изваяние, способен и во всем прочем сохранять выдержку. Бен не терялся, даже когда одноклассники поднимали его на смех, и часто следом повергал их самих ниц неожиданными знаниями. Именно так произошло, когда он, ответив, будто Китай находится в Африке, огорошил класс рассказом про животный мир этого континента, о котором его соученики почти не имели понятия. Когда же Бен был назван первым по чтению, ему стало ясно, что он постепенно догонит класс и в остальном.
Учительница хвалила его каждый раз, когда для этого появлялся повод, ошибки же поправляла с такой деликатностью, что Бен постепенно перестал краснеть, читая выученное наизусть, и мало-помалу достиг значительного успеха в этом занятии. Упорство его вызывало у всех уважение, ошибок теперь он почти избегал, и одноклассники стали больше обращать внимание не на них, а на то, что ему действительно хорошо удавалось. Так минула для Бена первая учебная неделя, первые шесть дней борьбы со своим невежеством, которому он, несмотря на множество препятствий, решил со следующего понедельника объявить еще более яростную войну. Длительный разговор с мисс Селией, с большим интересом и очень подробно расспросившей Бена о его школьной жизни, усилил в нем эту решимость, хотя кое о чем он рассказывать ей не стал.
