Когда ягодицы прижались к паху Вениамина, левой рукой попробовала потрогать член, и не смогла. Он весь был в жопе!
Она сидела, сдерживая желание выдавить член из себя, а по телу, судорогами, пробегал озноб. Запульсировала сперма, и не сдерживая стонов, она выдавила член.
Руки и ноги дрожали и Дарья легла на пол. И отключилась.
Очнулась от мычания Вениамина.
Он стоял над ней, и весь пах у него был в крови.
Испуганно села, а он тыкал пальцем вниз – Ккккрооовь Дддддаааашааа!
Дарья опустила глаза: покрывало в пятнах крови. На волосах лобка, и на губах кровяные сгустки.
– «Месячные!»
Вспомнила: днём болели соски, и была ноющая боль внизу живота. Но она думала, это связано с тем, что произошло утром. Дарья встала и, зажав промежность рукой, пошла в ванну.
Больше так не экспериментировала.
Насадившись жопой, погружала в себя на десять-двенадцать сантиметров, и совершая фрикции, ласкала пальцами клитор. Откуда-то (если бы её спросили, откуда? – она не смогла бы ответить) возникали волны наслаждения и, захватывая всю её, уносили из мира реальности. Когда в кончиках пальцев появлялось покалывание, яркими вспышками сладострастия наступал оргазм.
На пятый день месячные закончились. Она сидела у себя в кабинете. До обеда оставалось двенадцать минут. Дарья встала, и подошла к зеркалу. Осмотрев себя, стала поправлять причёску. Зеркало пошло рябью, как круги на воде от брошенного камня и … Она увидела трамвай на остановке. Открылись двери, и с передней площадки шагнула молодая женщина, и оглянулась. Было пасмурно, и шёл снег, но всё было так близко, что когда женщина обернулась, Дарья узнала её.
Это была Татьяна, инспектор отдела кадров.
В следующее мгновение, её сбил, визжа тормозами, грузовик. Закричали, в ужасе, люди … и всё исчезло. Дарья стояла перед зеркалом, а на лбу выступал пот.
Татьяна устроилась на работу три месяца назад. Муж Татьяны работал в институте, слесарем-монтажником. Двое детей, мальчик полутора лет и девочка пяти лет. Дарья даже запомнила их имена: Коля и Даша.
Дарья отшатнулась от зеркала.
– Что это? Господи, что это?
От ужаса шевельнулись волосы на голове.
Она вышла из кабинета, и пройдя по коридору, мимо кабинета Шмакова, зашла в отдел кадров. Галя, склонившись над Верой, что-то рассказывала. У окна, за своим столом, сидела Татьяна и, перелистывая чей-то паспорт, заполняла форму. Дарья подошла к Татьяне, и остановилась, не зная, что сказать. Галя и Вера смотрели, встревоженные видом Дарьи Михайловны.
Обычно, застав Галю возле Веры, она шлёпала её по попе, и говорила – Иди работай!
Таня подняла глаза, и улыбнулась – Я заканчиваю. Дарья Михайловна.
Дотронувшись до её плеча – Таня, я не по документам.
– «Как я скажу? Что я скажу?»
Улыбка сошла с лица Татьяны: она увидела испуг в глазах Дарьи.
– Что-то случилось, Дарья Михайловна?
– Нет, Танюша. Нет. Работай.
И она вышла из отдела.
Девушки переглянулись.
– Странная она какая-то в последнее время – задумчиво сказала Вера.
Вечером ужинали с Вениамином.
Вениамин почувствовал; что-то случилось. Когда Дарья вошла, от неё исходил страх. Каким-то образом он осознал, что страх Дарьи связан с тем местом, где она работает. Но он не ощущал угрозы, ни для себя, ни для неё, и успокоился. Поужинав, не убирая посуду, Дарья ушла к себе, и легла, не раздеваясь. И сразу же уснула. Проснувшись ночью, разделась и, укрывшись одеялом, заснула до утра. В семь часов запикал будильник.
Дарья села.
Зашумела вода в туалете.
Бросив на пол одеяло, Дарья встала и, выйдя из комнаты, позвала Вениамина.
Он не шёл, и она подошла к туалету.
Из туалета шёл запах, и она, морщась, спросила – Ты скоро?
Снова зашумела вода, брякнула защёлка.
Он стоял, подтягивая трусы.
Посторонившись, чтобы он вышел, зашла сама.
Закончив, вышла и позвала Вениамина. Завела его в ванну, и подмыла.
– Подожди.
Подмылась сама.
– Идём.
Вениамин лежал, а она, раздвинув ноги, садилась на него. Опустившись жопой ему на лицо, приказала – Лижи.
Сама склонилась к члену, сосала, и дрочила.
Он вылизывал её жопу, пуская слюну.
Привстав, Дарья натянулась и, оседая, погрузила член в себя. Когда он упёрся в стенку на изгибе прямой, задержалась, а потом стала совершать фрикции. С наслаждением, постанывая, и когда он задёргался, изливая сперму, выгнулась, выдавливая его из себя.
Прошло две недели. Три дня она находилась под впечатлением видения, но потом успокоилась.
Утром, первого декабря, ехала, в автобусе, на работу.
День был пасмурный, и шёл снег. Дарья задумалась, вспоминая, что было вчера вечером.
Она уже не краснела, вспоминая об этом, и не называла себя извращенкой; секс, приносящий наслаждение, становился нормой.
Раздевшись, и переобувшись в кабинете, позвонила в отдел кадров.
Взяла Вера.
– Вера, Таня пусть зайдёт.
– А Таня ещё не пришла.
Дарья уронила трубку, и схватилась за сердце.
Через полминуты открылась дверь, и заглянула Вера.
– Дарья Михайловна, что с вами?! – закричала она, подбегая к ней.
Следом за Верой, в кабинет, заскочила Галя.
Дарья, побелевшая как стена, сидела, вперившись взглядом в пространство. Наконец, очнувшись, выдавила из себя – Позвоните мужу.
