Неделя одиночества пошла мне на пользу. Восстановился строгий распорядок дня «учёба — дом». Проблем с моим отсутствием не возникло, так как у меня была справка. Но она фальшивая. В школе я всячески избегала Егора и старалась всё свободное время проводить в компании Алисы. Так и пролетали дни. Но каждый раз, сидя на уроках информатики и смотря на него, я чувствовала, как глаза наливаются слезами. Нет, было не больно, а просто одиноко и тоскливо. Мне не хватало его, а для него, видимо, ничего не изменилось. Он всё так же преподавал и отчитывал моих одноклассников. Я перестала обращать на это внимание и решила с головой уйти в учёбу. Вернуться к образу серой мышки. Но и про Яна, я не забыла. Вбила его номер в контакты, но звонить или писать не собиралась, но это пока что.
Устало потерев переносицу, я вновь пересчитываю украшения в многочисленных коробках. Отметив на листе нужное количество, откладываю в сторону планшет и, включив на телефоне музыку, начинаю украшать сцену. Сегодня всевышний решил оказать милосердие. Меня сняли с уроков и отправили украшать зал, ибо время поджимало, а он был не готов. Я была рада тому, что мне не придётся слушать лекции от учителей о том, что я съехала на четвёрки. Однако, это весьма поправимо, не могу понять, чего они так переживают. Но, самое главное, чтобы об этом не узнали родители.
Через три с половиной часа всё было готово. Приколов к белоснежной занавеске красивые мини-букеты искусственных цветов, отхожу на шаг назад и осматриваю результат. Что ж, вроде не плохо. Осталось только дождаться, когда привезут шарики, за которые, кстати, школа выплатила довольно-таки приличную сумму и всё, я свободна.
— Не плохо, совсем не плохо, Староверова! — Раздался сзади голос Егора. Нервно сглотнув, делаю глубокий вдох и спокойно отвечаю:
— Сочту это за комплимент. Разве вы не должны быть дома, в компании какой-нибудь глупой старшеклассницы, которой вы наплели очередную лапшу на уши?
— А тебе какое дело? Неужто, ревнуешь? — Сказал Егор, который, судя по всему, начал подходить ко мне. Обернувшись, встречаюсь с насмешливым взглядом светло-голубых глаз и, сжав кулаки, отвечаю:
— Кто? Я? Вас? Вы слишком большого о себе мнения, Егор Андреевич. Знаете, эгоизм — не самая лучшая черта человека.
— Возможно, но и занудство тоже не самая отличительная черта характера. Может, прекратишь бегать от меня? — Прошептал Егор, сокращая расстояние между нами и прижимая меня к парте. Смотря в эти нагло-прекрасные глаза, я пытаюсь понять, в какую игру он играет и какая роль отведена мне.
— Зачем вы пришли, Егор Андреевич? — Шепчу я, вжимаясь в края парты.
— Мы снова перешли на «Вы»? Ты избегала меня две недели.
— Потому что ты ясно дал понять, что я тебе не нужна, — отстранив его от себя, беру в руки ножницы и, подойдя к краю сцены, делаю вид, что корректирую украшения.
— Лина…
— Для вас, Егор Андреевич, Каролина. Вы можете сказать нормально, что вам от меня нужно? Я не верю в то, что вы решили стать добровольцем и остались после уроков ради того, чтобы помочь мне.
Встав с колен, разворачиваюсь к нему лицом и скрещиваю руки на груди.
— Что, вновь решила вернуться к образу пай-девочки?
— Кажется, ещё тогда, в кабинете, вы сказали, что вы для меня простой учитель.
Так вот, почему бы вам не пойти проверять тетради? Это не ваше дело.
— Нет, как раз-таки моё дело. Потому что ты вновь закрываешься от общения с нормальными людьми!
— С вами что ль? — Сквозь приступы истерического смеха, отвечаю я.
— Блять, Староверова! — Закричал Егор, подойдя ко мне и встряхнув меня за плечи. — Прекращай вести себя, как последняя идиотка!
— Знаете что, Егор Андреевич, а не пойти ли вам… — Но договорить я не успела, поскольку дверной хлопок заставил меня замолчать и резко обернуться. В актовый зал зашли несколько людей, в том числе Данил, какая-то блондинка и директор школы. На вид девушке около двадцати лет, отличная фигура, и привлекательная внешность в целом. Кто это? Странно, что наш директор знаком с этими людьми. Быстро отойдя от Егора, смахиваю, подступившие, слёзы и быстро-быстро шмыгаю носом. Хватит, мне надоело постоянно плакать! Я не слабачка, я должна быть сильной.
— Что ж, должен признать, Каролина, в этом году вы превзошли саму себя. Это всё, или будут ещё какие-то элементы? — Сказал директор, поднимаясь на сцену и попутно осматривая оформление зала.
— Спасибо, скоро должны привести гелиевые шарики, — отвечаю я, осматривая присутствующих здесь людей. Интересно, эта блондинка девушка Даниила? Или, может, Егора? Тогда почему она не вешается ему на шею?
— Кхм, Староверова, я, собственно, чего пришёл. У тебя слишком много пропусков по моему предмету, поэтому, начиная с сегодняшнего дня, ты будешь ходить на дополнительные занятия после уроков, — вмешался в наш разговор Егор, который смотрел на меня, как и положено учителю. Строго и с осуждением. А я? А я так и осталась стоять с раскрытым от шока ртом. Зачем ему надо было устраивать весь этот спектакль? Неужели нельзя было сказать это сразу?
