Так же, как и запутанная репутация Злой Ведьмы Востока. Но в порыве сентиментального и даже патриотического пыла, который приветствовал неожиданное возвращение Озмы Типпетариус, начали распространяться слухи о том, что великое заклинание, брошенное Ла Момби, чтобы вернуть посланного вперед, сделало больше, чем удержало Лира Троппа от смерти и показало зеленую кожу его дочери Рейны. Это сделало больше, чем саботировало собственный план Момби по сохранению Озмы Типпетариус молодой, скрытой, глупой и мужской еще на сто или двести лет. По их словам, применение Момби заклинания из Гриммуатики также непреднамеренно вызвало Бастинду Тропп из... ну, откуда бы она ни ушла.
- Как будто она вернется, когда ее попросят, - сказал мистер Босс, - За кого они ее принимают? Чаровницей? Случайная семья - то, что осталось от нее после смерти Нор, после отъезда в Незер-Хау замороженного Лира, сердитой Кендл и глазастого, хотя и немого Гуся, - ютилась в садовой квартире под потрясенной полуразвалившейся вилой на Шиз-роуд в районе Норт-тауна. Рейна отказалась следовать за своими родителями, пока сама не уладит все дела сама.
Пока обстоятельства каким-то образом не выправились, они смирились с тем, что зима пройдет в этой дыре. Поднимающаяся сырость вызывала у них утреннюю головную боль, но цепкий плющ скрывал худшие повреждения внешней штукатурки здания. Из этого места открывался вид на полосу сада, которая не пострадала от бомбардировки драконами несколько месяцев назад. Тем не менее, Таю нравилось взбираться на то, что осталось от разбитого декоративного вишневого папоротника.
- Я могу понять гнев Бастинды. Удобнее иметь героя, ожидающего своего часа, чем терпеть хвастуна, стоящего в центре внимания, - сказал Лев, - Разве Нор раньше так не говорила? Также легче для вашего морального комфорта, во-первых, продолжать ждать искупления того или иного рода, а не решать его самостоятельно. Так как его время еще не пришло.
- Ну, это вопрос мнения, о котором мы вас никогда не спрашивали, - сказала Элли, которая согласилась вернуться в общество после того, как Лир покинул его, - Только для этого, я думаю, я собираюсь сделать свою разминку. Прямо здесь.
- То есть, смотри, - объяснил Лев, - Так называемая мания "Где Ведьма" просто вытеснила голод Озмы, вот и все. Никто из живущих не помнит, каково это было - жить при кровной королевской власти. Три поколения выросли без короны - и вот так просто вернуться к ней снова, чтобы слишком быстро удовлетворить аппетит к разрешению проблемы. Людям нужно, чтобы чего-то не хватало. Им нужно жаждать того, чего у них нет.
- Когда я росла, это был Лурлина, - сказала Маленькая Даффи, - Лурлина в конце концов вернется и одарит нас духом лучшей осанки или чем-то в этом роде. Если вакансия Озмы была подана, то людям на улице нужен новый голод. Почему это не должно быть для той старой ведьмы?
- Этот новый голод, о котором ты говоришь, - сказал гном, - Лучше пойдем, иначе мы пропустим утреннюю суету.
Они неплохо зарабатывали с помощью Манчкинских лакомств малышки Даффи. Как только они отложат достаточно средств, они планировали отправиться обратно в Рукав Гастила, чтобы собрать побольше секретного ингредиента.
- Здесь кто-то стоит у двери, - сказал мистер Босс, когда они с Малышкой Даффи уезжали со своей тележкой для пекарни.
- Это к тебе, Элли. Вы идете. У меня волдыри от беготни через полгорода в погоне за твоей чертовой собакой, - сказал Лев, - Он не знает, как пописать, не пробежав всю дорогу до Бернтпорка.
Элли, если ты не купишь этому Тотошке поводок и намордник, я куплю его для тебя
- Попробуй надеть на меня намордник и посмотри, как нация восстает против тебя.
Элли вернулась.
- Это к тебе, Бррр, - сказала она, - Они просили сэра Бррра, - Она изобразила скупой маленький реверанс, но взъерошила его гриву, когда он проходил мимо, - Кстати, где Рейна? - спросила она в общем, но в ответ тикнули только бабушкины часы. Бррр вышел в сад, чтобы поговорить с каким-то военным охранником. Больше никого не было дома.
В течение нескольких дней, как и другие любопытствующие, толпившиеся на тротуарах Грейт-Пульман-стрит, Рейна обнаружила, что ее влечет к фасаду Женской семинарии мадам Тистан. Строгое здание из кирпича, выкрашенное в строгий черный цвет и отделанное белой отделкой, с уверенностью свидетельствовало о честности государственной службы. Окна на уровне улицы оставались занавешенными. Никто не приходил и никто не уходил, кроме министров, которые отказались от комментариев. Рейна однажды видела, как Аварик бон Тенмедоуз с ранцем уворачивался от гнилого абрикоса, брошенного в него кем-то, кому не терпелось узнать новости об Озме. Их королева. Если бы она была королевой.
