Она слышала, как Бррр и Илианора тихо разговаривали, вне досягаемости гнома и Манчкина, но не вне досягаемости внимания паука. Илианора предположила, что, учитывая новую скрытность Часов, замужество было законным развлечением для гнома на свободе. Конечно?
- Такое отношение к браку превращает наш союз в легкую насмешку, тебе не кажется? - Бррр замурлыкал Илианор-, уткнувшись ей в шею, - В любом случае, они занимаются этим, как кот и приходская шлюха. Каждую ночь. Это смущает.
- Он должен что-то сделать. Он не из тех, кто берется за вязание у камина, не так ли?
Рейна повернула голову. Карлик вонзал перочинный нож в ствол дерева с высоты сорока футов. Его лицо было потным, его взлохмаченная борода нуждалась в шампуне. Он не выглядел так, как будто ему нравилась сдельная работа.
- По крайней мере, он перестал так суетиться из-за Рейны, - продолжила Илианора, - В книге сказано, что нам делать - держаться вместе, двигаться на юг, - но не почему. Однако мы с тобой не пленники. Если у тебя есть какие-то другие амбиции, как только мы бросим Гримуатика где-нибудь в безопасном месте, расскажи о них.
Меня волнует, что они делают? задавалась вопросом Рейна и не могла придумать ответа.
- Я не могу вернуться в Изумрудный город, если только не захочу передать им Гримуатика, - сказал Бррр, - Иначе меня вышвырнут в Южную крепость Стаутстейрс, и это будет некрасиво. Вы сказали мне, насколько некрасиво это было бы, в недвусмысленных выражениях.
- Я не хочу говорить о Стаутстейрсе, - Лицо Илианоры приобрело оттенок упрямства, которого ни один паук никогда раньше не видел, - Я спрашивала тебя о твоих амбициях. Вас не интересуют ваши спутники на Кирпичной дороге Йелоу? Это Пугало, Железный Дровосек?
- Пугало почти исчезло. Я полагаю, солома поддается плесени и долгоносикам. И последнее, что я слышал, Железный Дровосек все еще является агитатором труда в Шизе. Хотел бы он организовать здесь нашу механическую совесть. Большой шанс на это. На самом деле, то дело с Элли было печальным эпизодом, позвольте мне сказать вам. В общем жалкая жизнь.
- Моя едва ли красивее. После тюрьмы, чтобы на время переключиться с работы по сопротивлению на сочинение причудливых историй. Гавот дилетанта, я думаю, это можно назвать
Рейна видел, как их лица искажались все сложнее, блинчики пытались превратиться в суфле. Лица раздутые, искаженные, опущенные, бесконечно замаскированные. Утомительно, но любопытно.
- Тот генерал Дин Гиор в Макбеггар-Холле? - Бррр заговорил более мягким голосом; он не знал, что у пауков хороший слух, - Дин Гиор был тем, кто похитил тебя, когда ты была не намного старше, чем Рейна сейчас. Он не узнал тебя, когда ты выросла, я знаю. Но чувствуете ли вы - в этом тайнике вашего сердца - жажду мести?
Илианора молчала, казалось, пару лет, но, в конце концов заговорила.
- Мы пошли на риск, войдя в Макбеггар Холл, неся Гримуатика прямо под носом у Дин Гиора. Я поверил мистеру Босс, когда сказал, что книга была только временно одолжена леди Стелле. Вытащить его оттуда в целости и сохранности, подальше от рук Дин Гиора, казалось более важной задачей. Если настанет день, когда я буду готова отомстить ему за убийство - моей семьи - ну, я подозреваю, что я это узнаю. Это станет мне ясно, в частном порядке, в свое время.
Тайное знание, подумала Рейна. У меня болит голова.
- А пока, - продолжала Илианора, - пусть история идет своим чередом: я всего лишь сторонний наблюдатель. Одуванчик, паук, ничего больше.
- Мы не бесцельны. У нас есть цель, - напомнил ей Лев, - Мы держим Гримуатика подальше от рук Императора страны Оз. Мы направляемся на юг, как и советовала книга. И, кстати, нравится это мистеру Боссу или нет, мы спасаем девушку.
При этих словах они оба посмотрели на нее, и Рейна обнаружила, что паутина между ними слишком тонка. Это стало прицелом, который сфокусировал ее в перекрестье прицела. Их взгляд, полный любви, был наглым. Чтобы развеять их близорукость, отвлечь их, она крикнула:
- Я хочу продолжать читать, но у нас нет книг. Ты пишешь рассказы? Напиши мне несколько слов, на которых я смогу попрактиковаться
- Я больше не пишу, - сказала Илианора одним из тех голосов, - Спроси кого-нибудь другого.
- А кого тут спрашивать? - Рейна чувствовала себя взволнованной и разгоряченной, - Мир ничего не напишет для меня. Никаких слов в облаках. Ни одной печатной страницы среди этих мертвых листьев. Может ли паук писать письма в паутине?
- Что за чушь, - сказал гном издалека, пронзив ножом паутину в нескольких футах над ее головой, перерубив выступающую балку, так что она свалилась, как снятые чулки, - Это это был бы паук.
7
Они не мешкали, но двигались без спешки. Лев пришел к выводу, что внимание все еще должно быть сосредоточено на битве за Тихое озеро, поскольку головорезы с оружием еще не появились. Через несколько дней, когда они вошли в труднопроходимую местность, известную как Разочарования, они заметили следующего чудака, последнего из лунатиков, свободно живущих в Озе.
- Так было всегда, - заявил гном.
- Нет, война сводит с ума всю страну, - ответил Лев.
