Как же Борик не помнил. Ещё как помнил! Однажды, года три тому назад он подбил Женьку на - как ему тогда казалось - увлекательное приключение. Тогда сараи принадлежали пожилому чудаковатому профессору из Москвы - он иногда прилетал в деревню на личном гравилёте. Останавливался профессор в доме на самом отшибе, жил там неделю-другую и улетал обратно. В сарае профессор хранил какой-то инструмент и большую газонокосилку. И Борику почему-то ужасно хотелось узнать как эта газонокосилка устроена. Вместе с Женькой они пробрались в сарай, где хранилась газонокосилка, и разобрали вожделённый агрегат до самого последнего винтика. И надо же было профессору нагрянуть именно в тот самый день! Их поймали с поличным, когда Борик увлечённо раскручивал лазерный секатор. Ох, и скандал был! Бабушка тогда единственный раз в жизни досрочно отправила Борьку назад на Орбитальную Станцию. А родители заставили все оставшиеся каникулы зубрить какие-то дурацкие таблицы.
- Может, не пойдём дальше, а? - спросила Женька и остановилась.
- Боишься что ли?
Но Борик сбавил шаг и тоже замер. До светлячков было рукой подать. Профессор уже давным-давно не появлялся в этих краях; дом его обветшал, окна запылились, один сарай завалился на бок, второй заметно покосился. Но идти дальше почему-то всё равно не хотелось.
- Давай завтра утром сюда придём? - предложил Борик.
Женька охотно согласилась. Тем более на улице становилось всё темнее и прохладнее. Даже курточку пришлось застегнуть.
Борик проводил Женьку до калитки, благо дом её стоял прямо напротив бабушкиного. Они договорились встретиться пораньше, чтобы подольше погулять до того, как Женька улетит в город. Борик поспешил домой - бабуля наверняка уже волнуется. Хотя знает, что может в любой момент позвонить на персональный коммуникатор. "Я бабушка, - говорит она строго, когда Борик робко пытается напомнить про возможность мгновенной связи. - Я должна волноваться за своего любимого внука!"
Дом её - как почти все в небольшой подмосковной деревне - был двухэтажным с пристройкой. Строил дом ещё прадед из особого сверхпрочного материала, что добывался на астероидах в Поясе Койпера. Зимой в таком доме было тепло, а летом царила приятная прохлада. При своевременном уходе такой дом мог стоять вечно.
- Наконец-то! - всплеснула бабушка руками (точь-в-точь, как мама). - Нагулялся? Где улов-то?
- Сегодня у рыб забастовка, - ответил Борик и решительно двинулся в сторону кухни. - Я ничего не поймал.
Бабушка глянула поверх очков.
- Перед едой руки не забудь помыть, рыбак! Кстати, Женька заходила, тебя искала. Встретился с ней?
- Угу. Ба, а мы светлячков видели!
Борик уже сидел за столом в просторной кухне. На ужин сегодня была румяная поджаристая пицца прямиком из пароплазменной духовки - это тебе не синтезированные пирожки в школьной столовой на Орбитальной Станции! Бабушка села напротив, сложив морщинистые руки на коленях.
- Светлячки? Отродясь в этих краях не водилось. Может, померещилось?
Борик набил целый рот и поэтому только пожал плечами. Уж это вряд ли. Не могло им вдвоём померещиться. В любом случае, завтра нужно было сходить на разведку. И Борик с удовольствием откусил ещё один кусочек.
Глава 2
Борик едва не проспал. Суточные ритмы на Орбитальной Станции и на Земле всё же немного различались. И перестраиваться удавалось не так быстро. Женька уже стояла возле калитки.
- Привет, соня! Я тебя уже пять минут тут жду.
Борик только отмахнулся.
- Ну, и подумаешь. Пять минут - не полчаса. Идём на разведку?
Женька вздохнула.
- Ты всё про сараи? Давай лучше к церкви разрушенной сходим.
- Да мы там были миллиарды тысяч раз! Ничего интересного. Знаешь, мне бабушка сказала, что светлячков никогда не было в этих местах. Вдруг мы на пороге великого этого как его...эн-то-мо-ло-гического открытия? Пошли!
Возразить Женьке было нечего, и она послушно поплелась за Бориком. Конечно, вряд ли в полуразрушенных сараях их ждут эти самые Борькины таинственные открытия - учёными в этих краях всё уже открыто давно. Последнее открытие случилось здесь прошлым летом, когда в высохшем колодце возле фермы нашли двух маленьких котят. Одного из них Жене удалось приютить у своей бабушки; и теперь спасённый котёнок вымахал в большого и наглого котищу.
При свете дня заброшенные сараи выглядели довольно уныло. Борик осторожно обогнул кучу сваленных возле двери досок. Доски почернели и кое-где покрылись мхом и плесенью, отчего возле сарая неприятно пахло старостью. Дверь в самый большой сарай оказалась немного приоткрытой. Ржавая проушина болталась на одном шурупе, второй и вовсе не было. Чтобы хоть немного ещё приоткрыть вросшую в землю дверь, пришлось постараться.
- Борик, ты опять хочешь забраться сюда? - проговорила стоявшая неподалёку Женька.
- Не дрейфь! - отозвался Борик, уже наполовину протиснувшийся в образовавшуюся щель. - Профессор уже давно нос не кажет. Давай за мной!
