«– В наркологию? – не поверил Руслан. – Как это в наркологию? За что?– Не за что, а почему, – ворчливо поправил его майор, проглядывая вчерашний протокол. – Лечиться пора… И скажи спасибо, что в наркологию, а не к судье. Припаял бы он тебе сейчас пятнадцать суток принудительного отдыха… А так ты, считай, сутками отделался… Ого! – подивился он, приподнимая брови. – Еще и сопротивление при задержании оказал?..– Да не оказывал я!– Как это не оказывал? «Совершил попытку отнять изъятое орудие правонарушения…» Было?– Ну, было, но…– Поехали, – сказал майор и, сложив протоколы в папку, поднялся из-за стола…»
По мнению японских специалистов, чрезмерное увлечение работой не менее вредно, чем наркомания. В Японии убеждены, что «трудоголиков» следует лечить и перевоспитывать.
– В наркологию? – не поверил Руслан. – Как это в наркологию? За что?
– Не за что, а почему, – ворчливо поправил его майор, проглядывая вчерашний протокол. – Лечиться пора… И скажи спасибо, что в наркологию, а не к судье. Припаял бы он тебе сейчас пятнадцать суток принудительного отдыха… А так ты, считай, сутками отделался… Ого! – подивился он, приподнимая брови. – Еще и сопротивление при задержании оказал?..
– Да не оказывал я!
– Как это не оказывал? «Совершил попытку отнять изъятое орудие правонарушения…» Было?
– Ну, было, но…
– Поехали, – сказал майор и, сложив протоколы в папку, поднялся из-за стола.
В подержанный японский микроавтобус загрузили пятерых: четверо попались вчера по той же самой статье, что и Руслан, пятого, как ни странно, взяли за пьянку. Этот сразу отсел поглубже в уголок и с ухмылкой стал разглядывать остальных.
– Довыделывались, чижики? – осведомился он не без ехидства. И, не получив ответа, продолжал самодовольно: – А мне вот все побоку!.. В наркологию? Давай в наркологию… Напужали ежа… голым профилем! Взять с меня нечего, а укол-то, он денежек стоит!..
– Примолкни, а? – хмуро попросил Руслан. – Без тебя тошно…
Плечо после вчерашнего удара резиновой палкой ныло до сих пор. Алкаш открыл было рот, но, взглянув на мрачные лица товарищей по несчастью, счел за лучшее не куражиться и последовал совету Руслана. А тот, кряхтя, запустил пятерню за ворот рубашки и принялся разминать ушиб…
– Дубинкой, что ли? – скорее с любопытством, нежели с сочувствием осведомились справа.
– Ну!.. – процедил он.
Майор все не показывался. Шофер в гражданском придремал, уронив руки на руль, а голову – на руки. Дверца открыта, документы вернули – бери и смывайся! Только ведь некуда смыться-то… Адрес теперь в ментовке известен, если что – домой нагрянут…
– Так тебя, значит, не в конторе загребли? – сообразил наконец сосед справа. – Посреди улицы, что ли?.. А как это ты умудрился?
– Как-как! – сердито сказал Руслан. – В ночном киоске гвоздодер купил… А рядом доска валяется, гвоздь из нее торчит… Ну, я распаковал гвоздодер да опробовал…
Спросивший негромко присвистнул.
– То есть «с особым цинизмом»… – с видом знатока перевел он услышанное на язык протокола. – Да еще, наверно, сопротивление довесят, раз палкой звезданули…
– Уже довесили… – Руслан вздохнул и отвернулся.
– А нас с корешем прямо в фирме взяли, тепленькими… – небрежно растягивая слова, сообщил, как похвастался, все тот же сосед, надо полагать, попадавший в такую переделку не впервые. – Рабочий день кончился давно, а мы сидим пашем… Вдруг – трах-тарарах!.. Дверь с петель снесли, врываются в намордниках, с автоматами… «Встать! Лицом к стене! Руки за голову! Проверка!..» К-козлы… «Да мы ж, – говорю, – не за тем остались! Мы ж эти… из сексуальных меньшинств!..» А какое там – «из сексуальных»! Компьютеры врублены, на столе – документы…
К концу рассказа он все же скис и, вяло махнув рукой, прервал дозволенные речи.
– А меня вот жена сдала, – помявшись, решил поддержать разговор мужичок с морщинистым пожамканным личиком. Подумал – и добавил в сердцах: – Сука… Из-за комода с ней погрызлись. На хрен, говорю, покупать – сам сделаю! А она мне, слышь: сделаешь – заложу… Сделал вон уже, говорит, одно убоище – взглянуть страшно… Ну ладно! Вот пускай хоть наволочку еще одну сошьет! Простыню одну пускай попробует подрубить!.. Гадом буду, пойду в ментовку и стукну!
– За домашнее хозяйство не привлекают, – напомнил сквозь зубы Руслан.
– Тем более баб…
– Ни черта себе законодательство!.. – не преминул съязвить приунывший сосед справа. – Это, наверное, только у нас в России так заведено: раз баба – значит, всегда права…
Пострадавший из-за супруги морщинистый мужичок выругался вполголоса, но тут наконец рядом с машиной объявился майор. Осунувшийся, озабоченный, он уселся на переднее сиденье и, захлопнув дверцу, положил папку на колени.
– Хорош спать! – бросил он встрепенувшемуся водителю. – Погнали…