— Ничего, отоспятся на выходные. Правда, у тебя выходной не вдруг получишь, ну да ладно. Я привык, пусть и они привыкают.
Через полчаса они уже сидели в наемном экипаже. Вацлав, чтобы несколько успокоить свою не в меру чувствительную совесть, попросил кучера провести небольшую экскурсию за большие деньги. Когда извозчик увидел в руках у мага сотенную купюру, то с готовностью согласился.
— Видите, господа, буквально в двух шагах от вашей гостиницы живописная руина. Это не памятник Третьей Мировой Войны. Таких в городе не осталось. Это памятник существовавшей в конце двадцатого века демократии. Тогда у нас был не князь, а президент, которого избирали на пять лет. И Дума, которую тоже избирали. И тоже на пять лет. И вот президент что-то не поделил с Думой и не придумал ничего лучшего, как расстрелять здание, в котором заседали думцы из танков. Говорят, что эту операцию проделывали дважды. После первого раза здание восстановили, а после второго — нет. К этому времени бесконечные раздоры довели страну до ручки, и на восстановление здания просто не хватило средств. А потом была война, в стране возобладали монархические тенденции, причем, что самое смешное, Великий князь был избран всенародно. Но не их числа членов бывшей царской семьи. Насколько я понял, первым Великим князем Московии стал убежденный республиканец без капли голубой крови. Может быть поэтому, у нас в княжестве нет потомственного дворянства. Только князь.
— Обратите внимание, господа, это храм Христа — Спасителя. Он знаменит тем, что строился дважды. Сначала его построили в тысяча восемьсот восьмидесятом году в честь победы в войне с Францией. Победа, собственно, была в тысяча восемьсот двенадцатом. Потом, в тысячу девятьсот тридцатом, его разрушили и на его месте устроили открытый бассейн. Бассейн просуществовал до девяностых годов того же столетия. По слухам, он пользовался большим успехом у публики, вот только из-за него отсыревали картины в музее, расположенном как раз в двух шагах оттуда. Сейчас мы будем проезжать мимо. Посмотрите направо, господа. Так вот, в девяностых годах двадцатого столетия храм восстановили в первозданном виде. Только вместо горельефов его снабдили цокольным этажом, в точности повторяющим тюремную архитектуру тридцатых годов.
— Там что, организовали монастырскую тюрьму? — удивился Милан.
— Нет, фешенебельный ресторан для сверхизбранной или же сверхбогатой публики.
— Это, в сущности, одно и тоже, — отметил Вацлав.
— Да, наверное, — вежливо подтвердил извозчик. — Сейчас, господа, мы проедем через Москву-реку, проедем по Замоскворечью — когда-то это был купеческий район, потом полумузей, а сейчас просто хорошее место для жизни. От старых времен остались только церкви в совершенно неприличном количестве. В старые времена каждый уважающий себя купец норовил построить церковь. А еще раньше этим занимались князья. Это в те времена, когда Московия была не империей, а княжеством.
— Империей? — переспросил Вацлав.
— Да, я не сказал вам? Хотя об этом нужно говорить или много, или ничего. Если хотите, господа, я раздобуду для вас книжку.
— Будем очень рады.
— Когда прикажете за вами заехать?
Вацлав неопределенно пожал плечами.
— Трудно сказать. Я же не знаю, до которого часа в вашем университете длится рабочий день.
— До пяти, господин. Да, господа, я поехал этой дорогой, чтобы провести вас мимо Донского монастыря. Прекраснейший памятник архитектуры. Не хотите зайти?
— Нет, спасибо.
— В таком случае мы просто объедем вокруг. Сейчас мы выедем на проспект, а там университетский городок буквально в двух шагах. Если бы мы с вами не делали крюк для осмотра некоторых достопримечательностей, мы бы доехали минут за сорок. Самое большее — за час.
— Вы говорите городок? — заинтересовался Стас. — Там, вероятно, есть и гостиницы?
— Да, разумеется. Не такие шикарные, как Националь, но вполне приличные. Но в университет редко приезжают люди, способные платить по шестьдесят рублей за номер. А здесь можно снять вполне приличные комнаты за шесть.
— Заманчиво, — отметил Стас.
— Подумайте, господа. В самом деле, зачем вам ездить? Ведь как я понял, вы приехали в командировку в университет?
— Подумаем, — неопределенно отозвался Вацлав.
— А было бы неплохо, — заметил Милан. — Проводить дни в ученых беседах, а ночи за чтением книг в студенческих кельях. Ты никогда не пробовал так жить, Вацлав?
— Ты же знаешь, что нет.
— Так попробуй. Никогда не надо отказываться от возможности приобрести новый опыт и свежие впечатления.
— А я не староват для такого опыта?
— Ты нет, вот Стас — пожалуй. По крайней мере, если здесь студенты живут в таких же узких кельях, как и у нас, в Медвенках.
Стас с улыбкой покачал головой.
— Ты что, хочешь загнать Вацлава в пенал?
— А почему нет? Там-то он точно ни разу не был.
— И не буду. Мне хватит твоего красочного описания, Милан. Думаю, Стасу тоже. В конце концов, нам совершенно необязательно уезжать из Националя.
— Совершенно верно, господа. Но ваш друг преувеличивает. В университетском городке есть вполне приличные гостиницы.
