Роль Власа при всей своей трудности была бы ясной, если бы не одно осложняющее ее обстоятельство. Дело в том, что Влас тоже в известной степени "ряженый". Он тоже в начале пьесы носит маску, скрывая свое настоящее лицо. На это есть у него свои причины. Он очень убедительно объясняет их в сцене с Марьей Львовной во втором действии пьесы: "Все эти люди... я их не люблю... не уважаю: они жалкие, они маленькие, вроде комаров... Я не могу серьезно говорить с ними... они возбуждают во мне скверное желание кривляться, но кривляться более открыто, чем они... Я не могу, не умею жить среди них иначе, чем они живут... и это меня уродует... И я отравляюсь пошлостью...".
Этот монолог объясняет всю эксцентрику поведения Власа. Но мне кажется, что у Власа вообще есть большой сатирический талант и он проявляется вне зависимости от его воли, сам пo себе. Маска, которую выбрал для себя Влас, тем не менее не должна скрывать его подлинное лицо. Влас ироничен, остроумен, саркастичен, но в каждой остроте, в каждой дерзости, в каждой выходке Власа есть большое содержание, серьезная мысль. Правда, в сцене с Соней во втором действии Влас просто дурачится, но и это не должно шокировать зрителя. Меру здесь должно подсказать чутье артиста.
Романтическое начало непременно должно присутствовать в этом сложном образе, тем более что Влас переживает в пьесе пору страстной влюбленности, он - в состоянии взлета, подъема, вдохновения. Его любовь к Марье Львовне - любовь безумная, мучительная и вместе с тем мужественная, лишенная каких бы то ни было сантиментов. Влас встал на пути Марьи Львовны не как вздыхающий мальчик, а как серьезная опасность, которую нельзя не заметить, нельзя игнорировать, нельзя высмеять. Влас - молод, но он мужчина в полном смысле слова; к тому же он умен и талантлив, честен и смел. Глубина, многогранность, покоряющее обаяние этого образа дают исполнителю самые счастливые, самые широкие возможности вылепить живую и яркую фигуру Человека с большой буквы.
Полным контрастом Власу является образ инженера Петра Ивановича Суслова, наиболее воинствующего представителя группы "дачников", ее идеолога и вождя; он один высказывает свои взгляды и убеждения, не маскируясь, открыто, это, пожалуй, наиболее прямой наш противник и враг. Его высказывания звучат в наши дни как откровенно фашистские, и это еще раз говорит о том, что пьеса Горького - прежде всего политическая пьеса. Еще пятьдесят лет назад в столкновениях русских интеллигентов, отдыхающих на даче в окрестностях большого провинциального города, Горький расслышал опаснейшие голоса будущих врагов человечества и человечности. Споры, которые велись полвека назад на террасе дачи адвоката Басова, - это не пустые и беспредметные умозрительные упражнения скучающих интеллигентов, не имеющие никакого практического значения и не грозящие никакими реальными последствиями; это начало раскола русского общества, его расслоения. Современность, даже злободневность "Дачников" заключается в том, что существующее сейчас разделение мира на прогрессивное и реакционное началось именно тогда, в той конкретной исторической обстановке, и Горький одним из первых увидел это.
Возвращаясь к образу Суслова, заметим, что даже такой яркий представитель воинствующего мещанства должен быть показан не только в этом качестве. Произведению Горького, как и всякому классическому произведению, чужды схематизм, плакатность. Горький наделил своего героя многообразными человеческими чертами, и исполнитель не имеет права от них отказываться. В данном случае человеческой чертой Суслова является его неразделенная любовь к жене. Суслов -обманутый муж, рогоносец, знающий о своем позоре и субъективно тяжело страдающий, несчастный человек. Это ни в какой мере не служит для него оправданием, потому что он сам - прямой виновник своего несчастья. Это он развратил, загрязнил, испортил в сущности хорошую, честную натуру Юлии Филипповны, он воспользовался ее темпераментом и сделал из нее "мерзкую женщину". Иначе он не мог поступить, иначе ему не о чем было бы разговаривать с ней, иначе ему было просто скучно. Но разбудив в Юлии "нехорошее любопытство к мужчине", Суслов, что называется, попался в ловушку. Он испытывает подлинные муки ревности. Он может вызвать даже жалость, но к ней обязательно будет примешана доля брезгливости.
Суслов действительно очень плохой, жестокий, опустошенный человек. Но в то же время у него нельзя отнять глубокой убежденности. Он "сказал в свое время все модные слова... консерватизм, интеллигенция, демократия...", и теперь они потеряли для него цену. Суслов начал свою жизнь так, как начинало ее большинство русских интеллигентов. Его не могло не коснуться влияние демократических, прогрессивных, может быть, даже революционных идей.
