После своей смерти от рук предателей Джон Сноу перемещается в прошлое, в тело Роберта Баратеона, за пару минут до брачной ночи с Серсеей.
========== Королевское ложе ==========
…— За Дозор, — Боуэн Мурш, заливаясь слезами, вонзил свой кинжал и отвел руку, оставив клинок в животе.
Джон, упав на колени, выдернул нож. Рана дымилась на холоде.
— Призрак, — прошептал он, мучимый болью. Третий кинжал вошел в спину между лопаток, и Джон ничком повалился на снег. Четвертого кинжала он не ощутил — только холод.
А после наступила темнота…
Холод отступил, как и страх, и остатки боли.
Сноу перестал что-либо чувствовать, слышать и видеть. Буквально пропало абсолютно все… Все что он помнил, знал и умел сливалось в одну огромную кучу, перемешивалось… И исчезало. Из его памяти пропали образы отца, братьев, сестер, леди Кейтилин, слуг и стражников Винтерфелла, братьев Дозора, его верного лютоволка Призрака и вольного народа.
Он потерял счет времени…
А после он забыл свой возраст… Свой пол… Свое имя…
Темная пустота затягивала его, разрывая остатки личности на мириады маленьких осколков.
Неясно как, но он понял, что не просто умирает… А буквально исчезает, становясь частью чего-то большего…
В какой-то момент все изменилось…
Эта пустота будто возвращала его обратно. Пусть он и не понимал куда именно. Он вновь вспомнил, что он — Джон Сноу, лорд-командующий Ночного Дозора и бастард Неда Старка. Преданный теми, кому он доверял.
Вновь возвращались воспоминания о семье, друзьях и врагах. Но было ощущение, что там, в той пустоте, осталась часть его души.
Сноу уже не был мертв, но и живым себя назвать не мог.
Жуткая боль, что словно волна, прокатилась по его телу, которое бастард вновь стал ощущать. Джон вновь мог дышать, он чувствовал какие-то приятные запахи и слышал приглушенные звуки.
Боги, да что со мной происходит?
Внезапно он понял, что может открыть глаза. А чувство некого страха вернулось.
Открытые глаза, к удивлению Сноу, совершенно не болели. Голова немного гудела, а тело не очень хорошо слушалось, будто он выпил крепкого вина. Джону понадобилось пара минут, чтобы понять, что он лежит на кровати. Вот только она не принадлежала ему. Это даже не Черный замок — слишком тут тепло.
Северянин приподнялся.
Взглядом он окинул огромную, на полстены, карту Вестероса, просторную кровать с множеством подушек и балдахином, шкафы красного дерева и с ручной резьбой. Множество более мелких предметов интерьера, инкрустированных драгоценными камнями. Все это очень впечатляло. Вот только где он находился?
— Мой дорогой муж, вы уже ложитесь спать? — голос принадлежал женщине. Он был томным и наигранно грустным. — Неужели вы не хотите… взять меня?
Сноу повернулся в сторону женщины и ахнул.
В дверном проёме стояла полностью голая девушка, примерно одного возраста с ним, и глядела на него оценивающим взглядом. Длинные золотые волосы распущены, изумрудные глаза блестят озорным огоньком. Красивая полная грудь, к которой так и хочется припасть, широкие бедра и небольшой треугольничек волос между ног. Джон вдруг почувствовал, что в бриджах, единственной одежде, что была на нем, стало ужасно тесно, а сам он не мог оторвать от девушки глаз.
Она напоминала ему, кого-то, но он никак не мог понять, кого именно. И почему она назвала его мужем?
Неожиданно до него дошло — эта девушка похожа на Серсею Ланнистер! Да, пусть она была моложе королевы, но Джон узнал это лицо. И это начинало его только еще больше запутывать.
— Серсея? — неуверенно произнес Сноу. Его голос показался северянину очень басистым и немного хриплым.
Она откинула голову и звонко расхохоталась. Это был звучный, живой и очень возбуждающий смех, от которого Джон почувствовал, что нити его бриджей скоро затрещат и порвутся.
— Я думала, вы куда менее застенчивы, ваша милость.
Теперь бастард вообще ничего не понимал. Сначала «муж», а теперь еще и «ваша милость». Слышать это от Серсеи Ланнистер было еще страннее.
Седьмое Пекло, да что тут творится?!
Внезапно его осенило. Он — мертв. Чтобы сейчас не происходило — это уже не тот мир, в котором он жил и сражался. Это загробный мир. Странно, но это уже не пугало его. Хотя, быть может он просто свыкся с этой мыслью?
Серсея, тем временем, неспешно, словно львица, виляя бедрами, начала идти к нему, от чего ее грудь соблазнительно подпрыгивала.
Джон не понимал, что ему делать. Эта женщина была виновна в смерти его отца. По крайней мере, такие слухи доходили к Черному замку. Но даже если это только выродок Джоффри виновен в этом — неважно, Серсея — Ланнистер, а они враги Старкам. Они враги ему.
Вот только Сноу соврал бы, сказав, что он не желал эту женщину. Королева была одной из самых красивых женщин, которых он видел в своей жизни. В глубине души он был не против оказаться на месте Роберта Баратеона. Но он всего лишь бастард, а она королева, замужняя женщина.
