Ну вот, сама серьёзность. И больше никакого флирта, по которому я уже успел соскучиться.
— Но ты же сама сказала, что вампир? — Развожу руками, когда она оборачивается, вставая на расстоянии в метр от меня. И я всё ещё чувствую её ногу рядышком, потому что сам полусижу в воде.
— Энергетический, — поясняет.
И только теперь до меня дошло, что в воде похолодало. А у этой щёки разрумянились ещё больше.
Второй факт в её пользу — она цепи моей серебряной коснулась, даже не вякнула.
— Энергетический, буквально? Впервые о таком слышу, — комментирую и являю ей ядрёный коктейль по моему рецепту. — Угощайся, Айлин.
— Пить с тобой опасно, — отказывается, отступая ещё, при этом и не отрывая от меня настороженного взгляда. Будто боится, что я на неё всё же накинусь.
Ага, вон лифчик снова нарос. А как всё хорошо начиналось.
Что ж это за технологии такие? Живая броня? Я бы её почувствовал при касании. И точно бы свистнул, перетянув себе.
— Откуда ты меня знаешь? — Спрашиваю, смирившись с тем, что вставить в неё сейчас не представляется возможным.
— И тебя, и всех твоих подруг, — отвечает хищненько.
— О как, — комментирую и опрокидываю в пересохшую глотку предложенный ей бокал до дна. — И кто из них тебя подослал?
— Никто, я из Наблюдателей, — заявляет.
— Что за контора? Организация? Тайное общество? Давно наблюдаете за мной? А в туалете?
— Очень смешно, — покривилась.
— Прости, я не предложил тебе пройти в дом и посидеть у камина у меня на коленках.
— Зато предложил сразу совокупиться, — усмехнулась, закатывая глаза. Ох, уж этот сочный взгляд в сторону!
— Но раз ты наблюдатель, знаешь же меня, как облупленного, — заключаю.
— Не совсем, но в целом, да.
— И откуда ж ты такая взялась? — Спрашиваю, начиная движение в её сторону.
Молчит загадочно.
Подходит к бортику, разворачивается спинкой и, подпрыгивая, усаживается. Успел уловить, как всколыхнулись ягодицы, и взвыл. Определённо, эта задница входит в топ три лучших задниц плато Вита.
В сидячем положении на неё снова нарастает чешуйчатый серебристый костюм, вызывая волны невыносимой тоски. Теперь это взмыленное, пышущее сексом личико обращено на меня с неким торжеством.
Поигралась значит? И чуть сама не дала. Ага. Вижу, вижу, что ножки вместе свела, а губёшки пересохли, потому что вся кровь ушла к половым органам.
Сближаюсь, выскакиваю выходом силы на бортик, обдавая её водой, усаживаюсь рядом впритирку. Да, я голенький и член всё ещё напряжён.
Но незнакомка деликатно отворачивается.
— А ты можешь выпить энергию, чтоб человек превратился в труху? — Интересуюсь.
— Угу, в пыль, — посмеивается. — Может, оденешься?
— Неа, — заявляю нагло.
И понимаю, что мне не стоит слишком сильно выделываться на холоде. Поэтому поднимаюсь и колдую себе махровый халат, встаю в тапки.
Айлин поднимается следом с полуулыбкой. Ну совершенно другой человек. Если, конечно, человек!
Ухожу в сторону особняка, идёт за мной.
— Я понимаю, что у тебя проблемы, но селить, к сожалению, не куда, — прикалываюсь по дороге. — В сарайчике если только, но там я занимаюсь борьбой в масле. Кстати, могу научить.
— Это ты о возможности проникновения без предварительной ласки?
Надо же, умеет пошло шутить.
— Без предварительной ласки, — соглашаюсь. — А ты, я вижу, специалист. Хотя по тебе и не скажешь, что прожжённая в этом деле.
— Только теория.
— Любишь учиться? — Потираю ладоши мысленно.
— Наблюдать, изучать.
— Какая молодец, — комментирую, выходим к главному входу.
В огромной гостиной камин уже жарит вовсю, слуги постарались. Мягкий диван, огромный телевизор на столе из хрусталя, колонки по периметру, плойка, всё, как у домоседа–холостяка. Ага, мягко сказано. Скуфа.
Разваливаю яйца, усаживаясь на середину. Незваная гостья скромненько с краю пристраивается, ногу на ногу завернув. Смотрит на мою домашнюю технику совершенно безразлично.
— Чай, кофе? Вино? — Проявляю гостеприимство. — Кровь? Энергетический напиток? Любой каприз, Айлин.
— Благодарю, я недавно ужинала.
— То есть в жёлтый снег ты не закапывалась пять раз по дороге сюда?
Молчит, игнорируя моё остроумие. Телепортировалась, значит. Учтём.
Интересно, а отсюда она сможет улизнуть? Контуры защиты мои сумеет обойти?
Ха! Как раз осматривается. По стенам и потолку водит своими глазищами. Пахнет от её волос лимончиком и клубничкой. Ммм, когда я уже намотаю их на кулак.
— Как так вышло, что у тебя здесь вообще ни одной женщины не осталось? — Выдаёт вдруг Айлин, когда видит приближающегося щуплого слугу, который тащится узнать наши пожелания.
Я слуг, конечно, расслабил. Обычно употребляю то, что печатается у меня с Центра управления по силе мысли. Моё фирменное колдовство. Но тот же особый вкусный чай из Фелисии, который сюда привозят, мне не состряпать в точности.
Интересно, откуда она знает, что у меня действительно тут ни одной девушки не осталось, ни подружки, ни служанки. Одни мужики, стража, да слуги. Даже повар — мужик.
— У всех дела, не буду же я держать их насильно, — ответил, признавая, что так и есть. — Постой–ка, или ты решила стать хозяйкой в этом шикарном особняке?
