— Кто этот чужак? Ты знаешь, что в поселок запрещено приглашать посторонних!
— А он не посторонний. Это Иремия. Он родился здесь. Сын Малькома и Энии.
— Кто? — переспросила эта нахалка.
Остальные присутствующие смотрели на нас с откровенным шоком. Думаю, это мое призвание — ошарашивать людей. И это мне так нравится! Наполняет энергией и радостью.
— Роза и Митчелл сразу его узнали.
— Делани, детка, сходи все же за Мартой, — вышел вперед один из мужчин.
Я не знала его имени, но лицо всплыло в памяти. Он был на поляне во время ритуала. Щеки невольно покраснели, учитывая в каком я тогда была платье. Надеюсь, не выдала себя. Однако Иремия тоже его узнал. Весь подобрался. Насупился. Стал выглядеть более грозным чем обычно. Главное, чтобы не сорвался.
— Да, да, иди. Она как раз находится в магазине Розы, откуда мы пришли, — махнула рукой, указывая ей направление.
Нечего стоять и пялится на моего мужчину. Сама вон недавно только за Риком бегала.
— Но…
— Делани!
Девушка вздрогнула, после чего моментально послушалась. Возможно он ее отец, раз имеет такое влияние? Он повернулся к нам, категорично заявляя:
— Ты не можешь быть Иремией!
— Почему?
Достаточно простой вопрос заставил его стушеваться. Сложно подобрать ответ, когда не можешь сказать, что перед тобой тот самый турин, в честь которого проводятся все ритуалы. Воспользовавшись его растерянностью, я добавила:
— Мы уже виделись с Мартой, Розой, Митчеллом и Вестой. Каждый из них признал в нем Иремию.
— И правда Роб, это парнишка Малькома, — донеслось из толпы. — Он очень на него похож.
— Почти одно лицо, — добавил еще кто-то.
— Не хорошо, что они оба вернулись.
А вот такие речи мне не понравились.
— Тише ты, Марта сказала, что ритуал прошел отлично.
— Он поживет пока у меня, — громко проговорила, прерывая перешептывания людей. — Займется ремонтом.
— Правильно, негоже Рику к ней захаживать. Зачем ему девка после турина.
Хороший слух не всегда награда. Это я только что уяснила. Крепче сжала локоть Иремии, тем самым призывая его вставить слово.
— Здравствуйте. Рад, что вы помните отца.
Повисла тишина. Вот как у него так получается припечатать всех одной фразой? Вроде ничего особенного не сказал, а все присутствующие тяжело сглотнули.
— Где ты пропадал все это время?
Опять тот же вопрос. Как только я собралась ответить, за спиной раздался голос Марты:
— Он жил в лесу.
Роб инстинктивно сделал шаг назад. Казалось мужчины перед собой он боится больше, нежели дикого зверя. Наверное, все дело в том, что он понимает — знахарка его уже не контролирует. Каждый, кто в курсе настоящей сущности Иремии, наконец ощутил заслуженный страх.
— Марта пришла, — пронеслось по толпе.
— Что за переполох? Вы настолько удивлены возвращением Иремии? Приезд Анны вы приняли более спокойно, — знахарка говорила властно, всем своим видом демонстрируя, что у нее все под контролем, но воду с помощью сита не удержишь.
— Нет, не это, — очнулся Роб. — Здесь знаки турина.
— Знаки?
Она прошла мимо нас. Толпа моментально расступилась, открывая ей путь. Благодаря этому перед глазами предстала картина, автором которой был Иремия — свирепые, глубокие царапины на деревянном заборе.
Миленько получилось. Я осталась довольна проделанной работой.
Марта резко повернулась к нам. В глазах уже пылали на молнии. Там вспыхнул настоящий ураган.
— Это турин, да? Он избавился от цветов и теперь может заходить в поселок! — голос женщины срывался от страха.
— Бес сомнения, это он.
— Марта, это турин пришел за нами? Он отметил тех, кто убьет первыми? Что нам делать?
— Он нас не убьет, — начал кто-то из толпы, и я подумала, что он решил противостоять страху, а нет, у него просто был свой вариант развития событий. — Он нас съест! Одного за другим!
Какие местные впечатлительные! Они испугались даже больше чем я рассчитывала! Марта прищурилась, как бы говоря мне, смотри, что наделала. Мне не было стыдно. Ни капли. Они получили по заслугам. И это только начало. Чтобы донести до нее свою мысль, я громко проговорила:
— Как хорошо, что у меня теперь есть Иремия. Только такой как он справится с турином!
Готова поспорить, что услышала смех моего оборотня в своей голове.
— Успокойтесь! — почти прокричала Марта. — Никто вас не съест! Турин подчинится мне, как делал и прежде.
Вот это уже угроза. И знаю в чей адрес она прозвучала.
— Сомневаюсь, — фыркнула я, чем снова привлекла всеобщее внимание. — Вырвавшегося из клетки зверя обратно не загонишь. Он уже попробовал вкус свободы и не позволит снова руководить собой.
— Это мы еще посмотрим. Я укрощала несколько поколений туринов. Этот не станет исключением.
Рука Иремии так напряглась, что на ней выступили вены. Я ласково провела по ней ладонью.
— Ох, опять потребуется ритуал? Я не хочу больше участвовать. Пусть снова попробует Делани.
— Что? — пискнула упомянутая девица. — Да как ты смеешь! Это твоя обязанность — выступать данью на ритуале!
