– Не надо, Миша, прошу тебя! Давай продолжим занятия! У нас еще гномы неразобранными остаются.
– Какие еще к черту гномы?!
– И лесные, и горные. Их тоже необходимо знать. Это обособленная группа инопланетной цивилизации, они крайне неохотно идут на контакт. Причем не с одними землянами, но и с нами. Могут тебе встретиться.
– Да знаю я гномов! В детстве сказки все читали!
– Это не сказки! Они на самом деле существуют! И их нужно различать от леших.
– И лешие существуют?
– Представь себе, существуют! И русалки, и ведьмы, и прочая нечисть, что фигурирует в ваших сказках. Нет дыма без огня! Люди их мельком видели, где дофантазировали, где-то дали истинное описание. Тебе надо их знать. Так как часть из этих персонажей биороботы, а часть их хозяева.
– Да зачем они теперь мне нужны, если меня выводят из игры?
– Что ты так кипятишься?! Не надо! – Марианна прижалась к широкой груди Михаила и провела по его мускулистой спине своей теплой ладошкой. – Не кричи!
– Марианна! – Переводчик нежно сжал в объятиях девушку и попытался поцеловать ее в губы. Она не вырывалась, а ответила ему. Поцелуй вышел долгим и жарким.
– Все! Все! Хватит! – осторожно отпрянула в сторону барайка. – На этом и остановимся. – Ее тонкие губы налились ярко-вишневым цветом. – Не станем переходить границу дозволенного.
– Я и не пытаюсь! – облизнул губы Кремнев. – Ответь, я тебе нравлюсь? Как мужчина?
– Что за глупый вопрос? – вспыхнула Марианна. – Ты сам не видишь? Я первый раз в жизни целовалась с мужчиной. – Спокойно! – Она вытянула вперед руку, останавливая рванувшего к ней Михаила. – Но на этом и остановимся.
– Марианна, ты разрываешь мне сердце! Скажи, что я тебе не безразличен!
– Тебе станет от этого легче?
– Конечно! Я же места себе не нахожу, часто о тебе думаю.
– Да, ты мне не безразличен! Скажу больше, ты первый мужчина, на которого я посмотрела по-другому.
– Как по-другому? Скажи, прошу тебя! – На Кремнева страшно было смотреть, казалось, еще чуть-чуть – и он сломает себе пальцы рук, так он их выкручивал, не зная, куда деть.
– Я и сама не знаю. Но до этого я смотрела на вас как на солдат, подчиненных, руководителей, всяко! Но как на тебя ни разу! Ты, похоже, тоже задел мое сердце! По крайней мере, такого у меня еще не было! Я тоже часто думаю о тебе! Вот так, товарищ Миша, – улыбнулась девушка. Теперь ее улыбка была настоящей, и она излучала неподдельное тепло своей чистой души.
– Что же делать? – продолжал заламывать себе руки переводчик, меряя комнату широкими шагами взад-вперед. – Что делать?
– Ничего. Оставить все так, как есть.
– А может, пойти к Мастеру и попросить меня оставить? Он же нормальный бараец, справедливый!
– Бесполезно! – тяжело вздохнула девушка. – Это даже не от него зависит. Над ним еще начальники есть.
– Но должен же быть какой-то выход!
– Выход один – ты переносишься на поверхность!
– Я вот так просто не могу уйти! Марианна, мне плохо без тебя!
– Миша, мне тоже нелегко! Но обстоятельства сейчас выше нас, нужно смириться.
– Ты так легко об этом говоришь?
– Нет, не легко! Мне тоже непросто дается разлука с тобой. Поверь, я искренна!
– Разлука? – замер Михаил и перестал теребить кисти. – Ты сказала «разлука»? Так обычно говорят, когда планируют в дальнейшем встретиться! У нас есть такой шанс?
– Возможно. Пока не готова дать точный ответ. Но, судя по тому, что тебе удлинили твой жизненный цикл, шанс вырисовывается.
– А мне могут еще этот самый цикл удлинить?
– Могут, но это надо заслужить. Мне такие случаи известны.
– И как же я заслужу, если меня отправляют назад?
– Миша, жизнь теперь длинная, что у тебя, что у меня. Не надо сейчас наперед загадывать!
– Да, но у тебя длиннее!
– Пока да! А там видно будет! Возможно, ты совершишь героический поступок во славу барайской империи, и тебе продлят жизненный цикл. Это у нас практикуется.
– И много ты таких счастливчиков знаешь?
– Не так уж и много, но лично знакома с парочкой. Живут теперь на Бара и, между прочим, женаты на барайках.
– И дети есть?
– Есть, – густо покраснела Марианна. – Все, Кремнев! Продолжим занятия, лейтенант. Все, я сказала! – строго приказала девушка, прикрыв маленькой ладошкой начавшийся открываться рот переводчика.
Остаток отпущенного времени Михаил потратил с пользой для дела. Он как губка впитывал всю информацию, что получал от новых друзей, стараясь как можно больше пополнить багаж знаний. Но дни неумолимо бежали вперед, и наступило 13 января, а с ним и старый Новый год.
Тем же составом, но без актеров, игравших Деда Мороза и Снегурочку, новые друзья Кремнева собрались вновь. За украшенным щедрым угощением столом витала непринужденная, праздничная атмосфера. Инопланетяне чествовали лейтенанта, произнося витиеватые тосты в его честь. Но того задора, что царил здесь на Новый год, не ощущалось. Некое напряжение имело место быть.
– Да, товарищ Миша, нам искренне жаль с вами расставаться! – встал Мастер. – Я хочу выпить за вас! – Бараец понял бокал с искрящимся шампанским и бережно чокнулся с переводчиком.
– Я присоединяюсь к шефу! – не совсем весело вторил ему Глот, чокаясь фужером.
