— А почему так дорого? Я вот у вон того мужчины спросила почему так все подорожало, — указала старушка куда-то в сторону выхода, — он мне сказал, что все подорожало на двадцать процентов. Я отлично помню все ваши цены. Я каждую неделю к вам хожу. На прошлой неделе все маски продавались по десять тысяч. Ваш этот бугай давал тридцать процентов скидки и соглашался отдать за семь, — снова указала старушку куда-то в сторону выхода, на этот раз, ссылаясь на рослого хозяина, — получается, сейчас с учетом скидки вы должны с меня запросить восемь тысяч четыреста.
Услышав, что говорят о нем, хозяин решительно направился к старухе и принялся ей разъяснять:
— У нас на каждый товар разные наценки. Сами же видите, что сейчас творится. На женские маски цена увеличилась. Мужские забирайте хоть по семь тысяч. Я не возражаю.
— Мне нужно две маски: мне и мужу. Вот если я возьму две женские маски, по семь уступите?
— Мужские забирайте хоть по пять. Женские дешевле не отдам. Вы же сами видите, их всего три осталось, — уже с раздражением ответил хозяин.
— Да что вы говорите. Сейчас нас захватят южане и зачем мне сдались мужские маски? Они же всех мужчин начнут резать. Мне нужно две женские маски красивых девушек. Нам же с мужем нужно как-то выживать. А с мужскими масками как мы выживем?
Рассуждения старухи вызывало у меня отвращение. Она со своим мужем были готовы надеть маски, стать девушками, подвергнуть себя насилию лишь бы остаться в живых. Не думал, что ради жизни можно до такого опуститься. По мне так лучше сдохнуть в мучительной смерти, чем пережить подобный позор.
— Да что вы мне голову морочите? Хотите — берите женские, хотите — мужские…
— Я не морочу, я интересуюсь. Ну, вы сами посудите…
Отвлекшись от разговоров, я обратил внимание на паренька. Ему было лет тринадцать-четырнадцать. Бедняга еле тащил сразу два тяжелых ящика. Судя по дребезжащему стеклу, в них были какие-то жидкие снадобья.
— Арни! Да шевелись ты быстрей! — прервавшись от склоки со старухой, заорал на мальчишку хозяин.
— Нет, ну вы послушайте меня!.. — повысив голос, заголосила старуха.
— Да что вы ко мне прицепились! Надо — берите, не надо — не берите!
— Беру! Две! Но по десять тысяч! Идет?
— Да как же вы меня утомили… Хорошо, забирайте по десять.
— Отлично! Мне откровенно нравится ваш настрой!
— Ну, вот и хорошо.
Хозяин уже было выдохнул, и собирался уйти.
Но!
— Мы с вами положили отличное начало для торга. Вам не кажется? — радуясь, спросила старушка. — Предлагаю продолжить. А если я возьму сразу три маски, отдадите по восемь? Я только сейчас вспомнила о внуке…
— Да что ты будешь делать… Вы смерти моей хотите?
— Так мы договорились?
По-моему старуха вконец доконала хозяина. Он был в шаге от того, чтобы сорваться.
— Нет, не договорились! Каждая маска двенадцать с половиной и точка! Все, скидки закончились!
— Но как же! Вы же только согласились уступить за десять!..
Тем временем мальчишка отнес ящики и спешил обратно. Его перехватила женщина, что стояла около нас за прилавком и ждала окончания спора хозяина со старухой.
— Арни, что с амулетами маны? У меня уже ни одного не осталось. Кулоны, перстни, подвески… Принеси хоть что-нибудь. Все спрашивают только о них.
— Еще не готовы. Как сделают, я сразу принесу.
— Арни, ну что ты там встал? Быстрее неси эликсиры! — крикнул кто-то из помощников торговца и парень убежал в темный проход, ведущий куда-то в подсобные помещения.
Крохотный разговор дал подсказку. Изготавливавшие эликсиры и амулеты мастера находились где-то рядом. В подвале, где их насильно удерживали или не насильно. В этом большом доме три этажа. Для одного хозяина места более чем много. Вполне вероятно среди мастеров мог оказаться тот, кто ставит печать мастера Дееша.
— Я буду жаловаться совету правителей! Вы сами знаете кто я такая! Десять лет назад мой муж заседал в совете! Смею вас заверить, у мужа очень хорошие связи! Со многими из правителей он знаком лично! — уже разбушевалась старушка.
— Та… Жалуйтесь кому хотите!
К хозяину лавки с серьезным видом подошел мужчина в дорогой тунике. Два крепких мужчины за его спиной, вооруженных саблями, выдавали в них личных охрану. Один из них, прислонив к себе, держал небольшой кожаный мешочек явно с чем-то тяжелым.
— Мне нужны две женские маски, — ровным тоном произнес богач.
Старуха быстро смекнула, что к чему. Просто так отдавать выбранный товар она не собиралась.
— Сожалею, молодой человек, маски проданы, вы не успели, — уверенным тоном попыталась его отшить старуха и снова обратилась к хозяину: — ну хорошо и за сколько вы готовы уступить сразу три моих маски?
Хозяин на нее посмотрел с таким видом, что готов был уже разорвать в клочья надоедливую старуху.
— Прошу прощения, — продолжил богач, обращаясь к хозяину, — краем уха я услышал ваш разговор. Вам предложили за маску восемь тысяч. Я готов прямо сейчас купить две по восемь сто. Золото у меня с собой, — указал он на своего человека, державшего кожаный мешочек.
— Даю восемь сто пятьдесят! — воскликнула старушка.
— Восемь сто шестьдесят! — перебил цену богач.
