– Если бы Лорд Зэрандер приказал Марилу поклясться, ему бы ничего не оставалось делать… Ему просто это не надо, - она пожала плечами. - Ему безразлично всё, кроме собственной цели. Если ему будет нужно, чтобы Ат Лав стал слугой Ночи, тот может молить его сколько угодно, но Лорд Зэрандер будет непреклонен… Когда-то это было любимым развлечением Воинов Тени, имевших много Даров…
– Разве это важно? - поинтересовался Бастиан, внимательно слушая Циэль. Аджит много знала о Тёмных Временах - том времени, которое для Бастиана всегда было легендами, а не реальной историей.
– По сути нет. Но чтобы принять клятву крови необходимо быть тесно связанным с какой-либо Силой, Дня или Ночи, неважно. Но надо быть к Силам восприимчивым. Воины Тени в те времена были единственными чуткими к Силам, которые пользовались клятвами крови. Для них даже боль была развлечением, уж особенно чужая, - спокойно произнесла Аджит. - Часто когда используемый не был им больше нужен, они велели ему поклясться в верности Силе Ночи. Если он отказывался - умирал, ибо не соблюдал клятву, если не отказывался, то или бывал убит другими, или сам не выносил этого… Клятва крови - слишком страшная вещь.
– Да уж… Я видел его глаза, - Бастиана передёрнуло. - Быть рабом Лорда Тени - не такая уж завидная доля.
– Куда менее завидна доля его сестры, - заметила Циэль всё так же равнодушна. - Бару жив, и в любой момент может вспомнить о Наймире Ат Лав, которая несколько не справилась со своим делом…
При упоминании о Бару Бастиан стал ещё более мрачным. Он тешил надежду, что пятый Лорд Тени всё-таки мёртв… Но одновременно понимал, что тогда он бы не исчез.
– Но тебе-то нечего переживать, твоё величество, - рассмеялась Циэль. - Ты не имеешь ценности ни для одного из слуг Хозяина, так что твоя судьба в совершенной безопасности!
– Прямо уж там в безопасности, - пробормотал Бастиан, но внутренне согласился с Циэль. Самое страшное, что может случиться - о нём узнает алваленская знать. Но это и так рано или поздно произойдёт. А вот быть чьим-нибудь рабом ему никогда не грозит.
Он искривил губы в подобии улыбки.
– Вы меня звали, милорд? - Марил, робея, подал голос только тогда, когда убедился, что спина Лорда Тени не проявляет никаких тёплых чувств. Где-то минуту, войдя, он стоял, не шевелясь и почти не дыша, но Зэрандер совершенно не обращал на него внимания.
Только когда Марил заговорил, он обернулся и смерил его взглядом. Король Ат Лав выглядел очень несчастно. Испуганно и подавлено он, жалобно подняв брови, смотрел в лицо своему Лорду и редко глубоко дышал. То ощущение, которое он испытал, услышав зов милорда, было похоже на то, что он почувствовал в первый раз, но намного сильнее. Марил чувствовал потребность своротить со своего пути всё, что могло там появиться, лишь бы не заставлять Зэрандера ждать. Он оказался настолько выбит из колеи этим фактом, что даже говорил сипло, негромко.
Он был в короне Алвалена и том же богатом костюме, но его плечи были опущены, а голова вжата в плечи. Чуть приоткрыв рот, он с волнением ждал, что скажет Зэрандер. Он вдруг как никогда ясно ощутил страшную реальность: он действительно не больше, чем раб. Даже с короной на голове - это не имело для Лорда значения.
– Сними рубашку, - коротко приказал Зэрандер.
Марил стянул сначала бархатный сюртук, потом белоснежную рубашку. Тэм по возможности излечил его раны, но на теле были заметны чуть взбухшие шрамы. Он растерянно огляделся и, наконец, швырнул их на пол, не найдя поблизости ничего другого.
Зэрандер стремительным движением выхватил меч. Марил вздрогнул и отшатнулся. Дрогнуло сердце и заколотилось о рёбра, словно желая выскочить наружу.
– Что… Что я сделал, милорд? - спросил он, и услышал свой собственный голос, настолько дрожащий и жалкий, что ему самому вдруг стало противно.
Зэрандер презрительно скривился и холодно произнёс:
– Я решил, что ты мне больше не нужен.
Марил опустил голову, усмиряя заметавшиеся мысли. Какое-то время Зэрандер наблюдал за его подавленным молчанием.
– Я обещал, что освобожу тебя от клятвы крови, подумал, и решил, что исполню своё обещание, - выждав время, пока Марил мучился от неопределённости собственной судьбы. Ат Лав вскинул глаза, едва не застонав от облегчения. Нет, ему не грозит смерть… Он даже почувствовал потребность улыбнуться - и едва сдержался.
Лорд Тени протянул ему меч:
– Возьми и режь.
Марил крепко обхватил рукоять, едва удержав в руке тяжёлый клинок. Когда-то он полюбил посох за лёгкость - его вес казался меньше, потому что его надо было держать за центр. Меч настойчиво тянул его руку к полу.
– Я не понимаю, милорд, - растерялся он.
Зэрандер резким движением дёрнул наверх рукав рубашки, обнажая руку. Он не ответил на вопрос Марила, но к Ат Лаву откуда-то извне пришло знание. Дрожащей от напряжения рукой он поднял меч выше, зная, что остриё должно прочертить шрам по внутренней стороне предплечья, но сделать это не сумел.