– Так бывает. Первое время и мне снилось, что Ючи нападает на меня, желая лишить второго глаза, я кричала от страха каждую ночь, но ничего, со временем сон перестал меня беспокоить, и второй глаз на месте.
Я смотрел на нее, слышал, о чем она говорит, даже понимал суть, которую она пытается донести до меня, но сквозь какой-то туман. Ее сон имел четкий образ. Брат, который причинил ей боль в реальной жизни, переносится в мир снов и под обликом разных злодеев пытается лишить ее второго глаза. У меня же бегущие ноги, под которыми умирает трава. В чем логика?
– Эл, эй!
Минами одернула меня за плечо.
– Да, да. – Я улыбнулся. – Ми, скажи мне вот что, – продолжил я, чтобы сменить тему разговора. – Если полет на Марс случится в наше время, ты полетишь в один конец?
Она нахмурилась.
– Ты решил поговорить о политике?
– Нет. – Я улыбнулся.
– Если ты считаешь, что остаток человечества без войны сменит место обитания…
– Зря ты не веришь в человечество. – В моих словах был заложен сарказм.
– Мы уже проходили этап интеграции, ты же помнишь. Межрасовые войны, грабежи и насилие, формирование ополченцев и снова войны. Парадоксально, но наш вид настолько же глуп, насколько прогрессивен.
Минами затянулась напитком. Я задумался.
– Да. Интересно, по какому пути пошло бы развитие, если бы не техногенная катастрофа…
Возникла пауза.
– Знаешь, если отвечать на твой вопрос, не разбирая подробности минувших десятилетий, а так, философски, то нет, я не хочу покидать дом, – гордо заявила она.
– Как? Не может быть! Ты же любитель острых ощущений, – продолжал я шутить.
– Да, но я останусь тут одна, дождусь, пока земля восстановится и прорастет новая жизнь сквозь миллионы лет, а потом стану богом, и мне будут все молиться. Разве плохой план?
Мы громко рассмеялись.
Перед нами вывелась сфера. Минами махнула рукой, и звонок перевелся ей в ухо.
– Да, я помню. Ага. Поняла. Пока.
– Все хорошо? – поинтересовался я.
– Да. Это был отец, он забыл кое-какие дела передать. Ждет меня в офисе, нужно бежать.
Ми стала собираться.
– Давай я тебя подвезу?
Я сдвинулся с места, но она взглядом остановила меня.
– Нет, я на автотакси доберусь. Спасибо за встречу. И не забудь, послезавтра едем на озеро. Всю подробную информацию скину позже.
Снова клюнула меня в щеку и исчезла. Неосознанно я провел пальцами по месту поцелуя, где застыла губная помада. «Надеюсь, однажды поцелуй будет адресован моим губам», – промчалась мысль, от которой мне стало неприятно. Следом подумалось: «Какой я жалкий, фу!»
Когда я вышел из кафе, то обнаружил несколько десятков человек вокруг моей машины. Особо любопытные прилепились лбами к стеклу, пытаясь разглядеть интерьер салона. Деликатно и молча я стал расталкивать одного за другим, пробивая себе путь.
– Раритетная тачка, – послышался чей-то голос за моей спиной.
– Ага, – ответил я безразлично, не оборачиваясь.
Передо мной была кучка бездомных людей. Каждый, кто обладает хоть каплей благоразумия, знает: входить с ними в словесный контакт смерти подобно. Молчать и любым способом избегать диалога с ними – это негласное правило для выживания на улицах.
– А ты, я вижу, крутой персонаж, – скрипучим и провоцирующим тоном сказал некий из кучки ртов. А после, парень лет двадцати двух преградил мне дорогу к водительской двери. Я посмотрел на него неодобрительно. Длинная борода прыгала вверх-вниз, он жевал какую-то дрянь, затем выплюнул на мои ботинки. Большинство громко засмеялось. Мой взгляд твердо вцепился в него, я не отводил глаз.
– О-ой, извини-и, я не заметил твою ногу. О! Она у тебя тоже крутая, новенькая, ослепляет блеском. Почем купил?
Он откровенно провоцировал на драку, но меня в два счета втоптали бы в землю. Мне не удалось бы и пальцем кого-нибудь из них задеть. Я просто продолжал смотреть на него злобно. Любое мое слово могло обернуться против меня, поэтому держал язык на надежном замке.
– Может, он спит? Толкни его, пусть проснется и проявит уважение.
Я не смог разобрать, женский был голос или мужской, так как за ним поднялся шум: каждый давал совет, как со мной поступить. Мои колени затряслись в страхе, но невротическая злость быстро наращивала обороты в груди.
– Слушай, парень, да ответь ты ему хоть что-то, – проявила фальшивую заботу девушка, стоящая рядом со мной. Ее шуба из собачьей шерсти выглядела невыносимо мерзко. На миг я перевел на нее взгляд, после снова вернулся рассматривать бородатого, очевидно, пьяного недоноска.
– Может, у него слух заблокирован? – предположил еще один шутник.
– Да ладно тебе, парень, мы же просто хотим познакомиться. Ну, как тебя зовут?
Борода снова продолжила свою дешевую актерскую игру скрипучим тоном. Мне срочно нужно было принять меры: обстановка живо накалялась, у меня была максимум минута. Мне не пришла идея лучше, чем дернуть ручку двери. Бородач отшатнулся и убрал руку, затем громко рассмеялся, озираясь на толпу. За ним последовали и другие. Пока они хохотали, я успел сесть в машину.
– Ой, наш крутыш испугался. Да чего же ты необщительный такой? Тук-ту-у-ук!
