Заканчивая утреннюю разминку, король Могулии Дезмонд Первый с удовольствием потянулся и трансформировался из саблезубого тигра в обычную свою форму. Надевая рубаху, он усмехнулся:
– Если я буду всего бояться, чего тогда требовать от подчинённых?
– Ну ты же король, Деззи, – возразила она. – Тебе не пристало пробовать на себе все новшества. И на тебе ответственность: ты до сих пор не оставил государству потомства и даже не женился. Кого ты оставишь после себя, если распадёшься на частицы?
Дезмонд взмахнул рыжей головой и рассмеялся:
– Уверен, мама, ты что-нибудь придумаешь. В крайнем случае вызовешь папу из монастыря.
– Ни за что! И послушай, я уже требую, просто требую, чтобы ты женился! Сколько можно ходить в холостяках и скорбеть, Деззи?
– По ком скорбеть, мам?
– По Оле.
Он на мгновение посерьёзнел, затем взглянул на неё из-под густых бровей и ответил с широкой улыбкой:
– Мы были разведены. И разве я похож на скорбящего?
– Нет. Но Деззи, я не о любовных утехах, я о браке! Давай устроим отбор?
– По возвращению из поездки подумаем, – подмигнул король Дезмонд Первый и, поцеловав маму в щёку, водрузил на рыжие вихры тонкую тиару.
В сопровождении целой свиты из учёных магов направился в специально отстроенный неподалёку от королевского дворца зал телепортации.
Могулы, люди, лаэры, глашатаи, историки, все собрались на площади перед новым залом, украшенным лентами и цветами, выделяющемся своими современными линиями из громоздких вычурных зданий Королевской площади могульской столицы Мриттан-Суон. Однако новая архитектура была вписана очень гармонично. Зодчие братья Рамма постарались.
С некоторых пор совместных проектов Могулии и Лаэрии стало так много, что теперь никого не удивляли лаэры на улицах Мриттан-Суон или Абринкара, или свободно гуляющие могулы на площади Аэранха. Вопреки предсказаниям консерваторов и любителей старых порядков, развитие дружественных отношений великолепно улучшало уровень жизни обеих стран. Нет, иногда возникали, конечно, споры о землях Медатора, когда очередное племя в Диких землях вступало в войну с соседями, но вопросы решались переговорами.
Некоторые люди ушли из Аэранха, и лаэры помогли им построить защищённые городки и поселения, гораздо более цивилизованные, чем деревни отсталых племён. Однако за уши в цивилизацию никого насильно не тянули, так что каждый развивался в меру своей распущенности. Впереди ещё было освоение совсем заброшенных северных земель, и это радовало, потому что население Крайана постепенно увеличивалось.
Но главным было то, что буквально на днях над горой Меру, над древним монастырём, с первыми лучами солнца возникло Тело Света. Благая весть мгновенно разнеслась по миру. Попасть на гору можно было, только имея благие намерения и стремление к духу и самопознанию, иначе было не пересечь волшебное озеро. Так что можно было не беспокоиться о том, что источник магии кто-нибудь опять подгребёт под себя.
Король Дезмонд, помня о своём долге представителя Тела Света, решил восстановить древнейшую Суэйну, ведь люди, могулы, лаэры потянулись туда, несмотря на рискованные путешествия по джунглям. Об этом он и хотел переговорить с лаэрами. Но это официально, на самом деле его душу бередили воспоминания трёхлетней давности. И надежда, глупая мальчишеская надежда, что однажды оставленные на крыше Раммы жучки подадут сигнал, а он почувствует себя, наконец, свободным.
Прекрасное небытие длилось всего мгновение. Я чувствовала безграничность, которая постепенно собралась в любовь, а затем – в радость. И в ошеломляющем состоянии счастья я нырнула в тело, как джинн обратно в глиняный сосуд. Ощутила, что лежу спиной в траве, а перед глазами разлетаются звёзды. Ничем не прикрытой кожи касалась приятная прохлада, ветерок проник в мои волосы. И я вдохнула.
Сознание оседало медленно, как тихо падающий снег. Звёздное небо обнимало меня, будто сестру, и я смотрела в него, привыкая заново дышать. А потом услышала дыхание рядом, и тёплые пальцы опустились на мою ладонь. Повернув голову, я увидела лежащего на траве рядом Лэйнара. В глазах, обращённых ко мне, – продолжение звёздного неба.
– Привет! – тихо сказал он, будто пробуя голос.
– Привет! – улыбнулась я.
Мы долго-долго смотрели друг на друга, осознавая, что живы. Слов было не нужно, хотелось продлить блаженство – только что единое, теперь поделенное на двоих. А ещё на небо, траву и звёзды. Казалось, что мы оба погружаемся в сон, в котором одно за другим проявляются ощущения.
Лэйнар осторожно дотронулся до моей кожи. Мурашки… Какое знакомое давнее чувство! Его глаза и руки изучали меня, будто впервые, а мои – его. Трепетно, нежно, неторопливо. У нас есть всё время мира, так что спешить было некуда. И хоть я знала, что Лэйнар, как и я, не ограничивается этим телом, чрезвычайно приятно было каждое касание, словно узнавание себя напротив. Будто за кончиками пальцев – бесконечность, спрятанная под кожей.
– Ты вернулась… – сказал Лэйнар.
– И ты.
