А вот Джеймс, который приблизился уже вплотную к графу, напротив, разглядел снимок во всей его кошмарной, шокирующей красе. Ему вдруг показалось, что пол уходит у него из-под ног, а сердце остановилось. На мгновение он словно окаменел... Массажный салон! Джеймс отчетливо вспомнил загадочный треск, словно взорвалась электрическая лампочка, ослепительную вспышку... А ведь это он сам распростерт на столе в чем мать родила, с идиотски блаженной физиономией. Но снимок позволяет рассмотреть во всех деталях не только его глупую физиономию; он сфокусирован совсем на другом... На мгновение в мозгу Джеймса мелькнула мысль: "Господи, неужели он и вправду такой гигантский?" Сам он прежде никогда не видел себя со стороны, да ещё в таком ракурсе. И полуголая девушка - как её, Мэнди, что ли? - в распахнутом кимоно, извергающая из него молочно-восковой фонтан... Но каким образом она привела в действие скрытый фотоаппарат? Ногой, что ли?
Из транса Джеймса вывел огорченный голос Уиппла:
- Ни черта не вижу без очков!
Еще долго потом Джеймс благодарил Господа за свой поразительный дар не теряться и принимать мгновенное решение в самых сложных положениях.
- Можно мне взглянуть? - услышал он словно со стороны собственный голос.
Молниеносное движение - так атакует жертву гремучая жертва, - и компрометирующий его фотоснимок, ловко выхваченный из рук захваченного врасплох графа, полетел в камин, угодив прямиком между двух пылающих поленьев.
- Ой, извините, пожалуйста! - Всплеснув руками, Джеймс с трудом сдержал торжествующую улыбку. - Какой я неуклюжий. Ничего, граф, не беспокойтесь, я сейчас её достану. - Он схватил кочергу и затолкал то, что осталось от улики, в самое пекло. - Ах, черт, промахнулся...
Он выпрямился и, тяжело вздохнув, посмотрел на графа Чимаролли, который, казалось, остолбенел от горя и неожиданности.
- Бога ради, граф, извините меня!
- Странная история с этой фотографией вышла, Джеймс. - Поздний вечер. Тетя Агата, большая любительница ликеров и кларета, пригласила Джеймса, по окончании званого ужина, в Пони-коттедж, пропустить стаканчик перед сном. Ты утверждаешь, что не видел, что было изображено на ней?
- Нет, тетушка. Она сразу выскользнула у меня из рук и упала прямо в камин.
- Поразительно, но и сам граф не знает, что было на этом снимке. Хотя мне показалось, что он разглядывал это фото очень даже пристально.
- Наверное, пытался разобрать, но так и не сумел, - пожал плечами Джеймс. - Как бы то ни было, фотографию не вернуть.
Наташа, наверное, здорово всыпала своему своенравному супругу. Пока все суетились вокруг удрученного графа, Джеймс успел пошептаться с Наташей и объяснить, из-за чего весь сыр-бор возник. Ему, правда, пришлось рассказать ей, что именно было изображено на злополучном фото. Отсмеявшись, она сказала:
- Я думала, что фсе их уничтожила. Наверное, только эту не нашла. Этот болфань хренофф вечно их кому-то показывать. Ничего, вернемся - прибью гада!
- А негатив как же? - испуганно спросил Джеймс. - Он же ещё напечатает!
- Негатифф я точно уничтожила, - успокоила его Наташа. Затем, повысив голос, провозгласила: - Через неделю приглашаем всех на новосвинье!
- Новоселье, - поправил Джеймс.
- Ну да, я так и сказала. И вы приходите, доктур Членард.
Послесловие
Вот и пришла весна в Уиндлбери-Снайп. Пышно зацвели яблони. Закуковали кукушки. По утрам Джеймса будило веселое птичье многоголосье.
Кайт-Фортескью, принимая в своем кабинете пациентку, беседовал с ней ласково, почти по-отечески:
- Не беспокойтесь, моя милая, все идет прекрасно. Начало лета - время для этого самое подходящее. Солнышка предостаточно, будет, где пеленки сушить...
- Только пеленок мне не хватало! - всплеснула руками она.
- Привыкнете, - засмеялся старый доктор. - Хотя можете пользоваться и одноразовыми подгузниками - сейчас это модно. Но лично я предпочитаю действовать по старинке...
- Так вы все-таки рекомендуете мне пеленки?
- Да, Тони. - Он снова улыбнулся. Тони встала - с трогательно оттопыренным пузиком она напоминала маленького бегемотика. Прехорошенького. - Как я рад, что это, наконец, случилось. А как Бен? Ждет?
- Ждет, не дождется, - засмеялась Тони. - Дни считает. Все-таки настоящее чудо, что это случилось. Ведь мы с ним все перепробовали...
- Да, чудо, - задумчиво промолвил Кайт.
- Знали бы вы, Бернард, как я счастлива! - сказала Тони, останавливаясь в дверях.
- Я тоже счастлив, Тони. - Чуть помолчав, он спросил: - Кстати, помните тот вечер, когда я вернулся из Соединенных Штатов? Бен ещё тогда заболел, а вы позвонили мне и попросили, чтобы я прислал к вам доктора Торчленда.
Тони молча уставилась на него огромными синими глазищами. Наконец, кивнула.
- Хорошо, что я взял себе такого славного компаньона, верно? - спросил Кайт-Фортескью.
Тони не ответила. И, на этот раз, даже не кивнула. Тогда Кайт продолжил:
- Между прочим, он меня сейчас здорово беспокоит. Похудел, издергался, с лица спал...
- Мне казалось, он как раз собирается идти в отпуск, - перебила его Тони.
- Да. По моему настоянию. Он здорово переутомился.
- А куда он поедет?
