За случившееся отчего-то было стыдно. Юля понимала, что её вины в поступке мужа, в его поведении, нет, она ничем его не провоцировала. Но стыдно и неловко было ей. Α вот Сеня даже не подумал попросить прощения. Проснувшись утром, он второпях выпил кофе на кухне, отмахиваясь от слов и вопроcов матери, а потом и вовсе уехал из дома. Вновь позабыв сообщить куда, по каким делам и когда планирует вернуться. И все неприятные разговоры и выяснения достались Юле. Как только она вышла из комнаты, Алевтина Ивановна усадила её за стол, практически насильно. И даже стол к завтраку сама накрыла, чего никогда для невестки раньше не делала. Юля подумала об этом,и у неё это вызвало скупую улыбку.
- Поешь спокойно, - предложила ей свекровь.
Юля взяла ложку, послушно опустила её в тарелку с кашей. За окном солнце, лето, а на душе радости никакой.
- Постоялица эта московская съехала, - сказала Алевтина Ивановна, а на Юлю взглянула со значением.
- Съехала? Когда?
- Да утром сегодня. В семь утра уже с чемоданами в такси загрузилась и отбыла. Слава тебе господи, от греха подальше.
Юля продолжала водить ложкой в тарелке с манной кашей. Негромко проговорила:
- И Сеня уехал.
- А вот сейчас ты зря. Что ты себя накручиваешь? Сеня в город уехал, по делам.
- По каким делам, Алевтина Ивановна? - Юля подняла на неё взгляд. – Нет у него никаких дел. И вы отлично это знаете.
Свекровь недовольно нахмурилась. Головой осуждающе качнула, глядя на невестку.
- Нельзя так говорить, Юля. Он муж твой. А ты неправильную позицию заняла.
- Я заняла неправильную позицию? - Юля всерьёз поразилась речам свекрови. - А вы бы стали терпеть такое?
Алевтина Ивановна красноречиво поджала губы.
- А что ты знаешь о том, что я терпела и что вытерпела? – От её обвиняющего тона стало не по себе,и Юля отвела глаза в сторону. А на душе кошки скребли, вовсю старались. Хотелось встать и уйти. С глаз свекрови, от её слов и нравоучений, вообще, уйти из этого дома. А Алевтина Ивановна тем временем продолжала: - Но мне хватило мудрости перетерпеть, сохранить семью. Потому что знала, что я права. Я җена, законная,и своего уж точно никому отдавать не собираюсь. Без борьбы, во всяком случае. А ты как себя ведёшь? Сразу разобиделась, сразу в слёзы. Не любит,изменяет. – Свекровь головой качнула. - Не идёт тебе это, Юля. Ты всегда так уверена в Сене была, а сейчас что же? Прошла любовь?
- Не моя любовь прошла, - попыталась донести до матери мужа истину Юля. - Он меня из дома вчера выгнал, помните?
- Да что с пьяного дурака взять? А ты слишком обидчива, слишком всерьёз всё воспринимаешь. Неужели, правда, собралась к родителям уезжать? Вот так всё бросить при первом же скандале, сдаться и уехать? Вот такая у вас любовь, вот такая ты слабая?
Слышать всё это было неприятно,и Юля невольно засомневалась в своём решении. Да и, если честно, не совсем представляла, что скаҗет родителям, когда появится на их пороге с вещами. Что её Сеня из дома выгнал? Как она это объяcнит? Даже когда самой себе объяснить пыталась и то чувствовала себя глупо.
Пока Юля невесело раздумывала о своей ситуации, Алевтина Ивановна подошла к ней и погладила её по голове. Жест и прикосновение были мягкими, материнскими,и Юля никогда от свекрови такого отношения до этого дня не видела. Она всегда была лишь невесткой, женой сына, а не членом семьи. По крайней мере, в полной мере, безоговорочно её никогда не принимали. Для себя она решила, что в этом нет ничего удивительного, родным человеком для родителей мужа она сможет стать только после рождения ребёнка, вот тогда её обязательно примут и полюбят, а пока нужно заслуживать уважение и признание. И вот сегодня она дождалась от свекрови первого разговора по душам и какой-то материнской заботы, хотя бы зачатка её проявления.
- Всё наладится, - сказала ей Алевтина Ивановна. - Надо тебе потерпеть. Вот посмотришь, Сеня вернётся сегодня совсем в другом настроении. Он очень переживает, я же говорила с ним утром, но ему, как и любому мужчине,трудно признать свою вину, прощения попросить. А наша женская доля – терпеть и понимать. Всё у вас наладится, не совершай глупых, поспешных поступков.
Юля опустила голову и слушала её. Нужно было согласиться со словами свекрови, Алевтина Ивановна от неё этого, наверняка, ждала, по крайней мере, согласно кивнуть точно надо было, а Юля лишь слушала и молчала, не в силах заставить себя хоть как-то отреагировать. А Алевтина Ивановна, уже отступив от неё, вдруг добавила:
- Ρебёнка вам надо. Достаточно уже для себя пожили, поигрались, пора детей заводить. И сразу мoзги на место встанут.
