– Борька, ты знаешь, что означает выражение «рушится мир» или «земля уходит из-под ног»? Хотя о чем я тебя спрашиваю, теперь-то знаешь. А я узнала это в тот проклятый майский день. Володя не пришел ко мне ни в четыре, ни в пять, ни в шесть часов. А потом раздался звонок. Трубку взяла мама, уже вернувшаяся с работы. Тихо ахнув, она передала ее мне. Звонила наша классная. Каким-то бесцветным старческим голосом Антонина Петровна сообщила, что Кравченко разбился. Упал с крыши четырнадцатиэтажного дома прямо за мусорные баки, поэтому его обнаружили не сразу, а только вечером. Говорили даже, что отец опознал сына лишь по лампасам на спортивных штанах. Физкультура была последним уроком, и Володька не стал переодеваться, домой он, как выяснилось, не заходил.
– Почему он это сделал, Нат, ведь с твоих слов вы помирились? – спросил Жаков.
– Вот именно, Жак, с моих слов. Ты это правильно заметил, как заметил и следователь, который меня допрашивал. В классе все были свидетелями нашей ссоры, но никто не знал о разговоре в раздевалке… Из школы Володя ушел вместе со своими друзьями, Максом и Игорем, а у ворот их поджидала Марго. У магазина мальчишки отстали, оставив их вдвоем.
– Ты хочешь сказать, что без Ритки здесь не обошлось?
– Я ничего не хочу сказать, все, что я знала, я уже сказала. Просто Марго была последней, кто видел Володю живым.
– А что говорила Марго?
– Ничего, они расстались во дворе, у песочницы, каждый пошел в свою сторону.
– Сама-то ты в это веришь?
– Вполне возможно, что все так и было.
Борис недоверчиво посмотрел на нее.
– Ты думаешь, она ему что-то сказала, перед тем как расстаться? Что-то очень обидное, и это вывело его из равновесия?
– Борька, я правда не знаю. Смолчать, конечно, не в характере Ритки, последнее слово всегда было за ней…
– Ты о чем-то недоговариваешь, Нат.
– Не знаю… Видишь ли, тогда была еще одна версия происшедшего, но в милиции ее сразу отмели как несостоятельную.
Кравченко кивнул:
«И его тоже. Знаешь, Наталь, ты не спрашивай меня ни о чем, я тебе потом сам все расскажу…»
– И если я правильно тебя понял, «потом» уже не было? – догадался Жаков.
– Да, в тот вечер я не стала лезть с расспросами, на следующий день я узнала про дурацкое пари, ну, в общем, остальное ты уже знаешь.
– А в милиции ты про это сказала?
– Сказала.
– Ну и что?
– Ничего. Следователь, грузный лысоватый мужчина, вздохнул тяжело и затянул песню: что же вы, девчонки, такие-сякие, наделали, такого парня в могилу свели, и как вы теперь будете с этим жить, и так далее.
– Но ты-то тут при чем? – искренне возмутился Борис.
– Он не поверил ни одному моему слову… и по-своему, наверное, был прав.
– Почему прав, ничего себе!
– Потому что, Борька, это были только
– Вот это действительно странно. Неужели Владимир не поделился со своими друзьями? Ну, ладно, с тобой поссорился, возможно, и с Риткой не разговаривал в те дни, но с Игорем и Максом он же общался?
– Конечно…
– Тем более странно!
– Не знаю, не могу это объяснить. Наверное, боялся сглазить.
– Неужели он был таким суеверным?
– Нет, конечно. Но ты ведь наверняка слышал такую поговорку: «Нельзя делить шкуру не убитого медведя»?
– Точнее – «не говори гоп, пока не перепрыгнешь».
– Ага, ты прав. Я думаю, по этой причине Володька и молчал, и, кроме того, не забывай, что он, несмотря на кажущуюся взрослость, был всего лишь пятнадцатилетним мальчишкой. Зачем хвастаться тем, чего пока еще нет. А вдруг не получится? Уязвленное самолюбие и все такое прочее…
– Понял, – кивнул Жаков. – Да, как-то по-дурацки все получилось, – добавил он, помолчав немного.
– Не то слово, – вздохнула Наталья.
– А с Марго…
– Что с Марго?
– Тыс ней потом разговаривала? Она-то тебе что про это рассказывала?
– Ничего.
– Как ничего? Совсем?
– Ничего – это значит ничего, – отрезала Климова. – Мы с ней старались не говорить об этом. Каждая из нас пережила случившееся по-своему, но и я, и она очень тяжело. Если бы все еще можно было исправить, тогда другое дело, а так… Володьку не вернешь.
– И вы даже не попытались выяснить отношения между собой?
– Марго сначала болела, потом начались каникулы, я сразу уехала к бабушке, не хотелось никого не видеть, не слышать. Ритка тоже отправилась к тетке. Потом я узнала, что где-то в конце августа, пока Ритки не было, ее мама поменяла квартиру, и они переехали в другой район. Новый учебный год мы начали в разных школах.
– А тебе не показалось странным, что любящая мать сорвала дочь из школы, когда впереди выпускные экзамены и аттестат?
На это у нее должны были быть очень веские причины. Надежда Степановна разумная и практичная женщина, по крайней мере, на мой взгляд. У Ритки что, были проблемы с учебой или учителями?
