В ту же реку. Вторая часть. Камчатка начала 70х - интересное место. Золотодобыча, охота, близость границы, жизнь в суровых северных местах и дальневосточные характеры. Здесь легко найти друга, но тяжело выбиться в люди. Леха Костров знает об этом не понаслышке. Он внезапно очутился в теле себя-подростка и готовится заново пережить своё прошлое, а при удаче хоть немного помочь своей стране. Леха парень упорный, дай только развернуться. Он подходит к делу масштабно, учась всему от фотографии до стрельбы, от математики до взлома сейфов. И удача на его стороне!
Annotation
Прода от 17.02.2017. В ту же реку. Вторая часть. Камчатка начала 70х - интересное место. Золотодобыча, охота, близость границы, жизнь в суровых северных местах и дальневосточные характеры. Здесь легко найти друга, но тяжело выбиться в люди. Леха Костров знает об этом не понаслышке. Он внезапно очутился в теле себя-подростка и готовится заново пережить своё прошлое, а при удаче хоть немного помочь своей стране. Леха парень упорный, дай только развернуться. Он подходит к делу масштабно, учась всему от фотографии до стрельбы, от математики до взлома сейфов. И удача на его стороне!
Дронт Николай
Конец осени
8.10.72
9-11.10.72
13-31.10.1972
1.11.72
Разговоры
6-7.11.72
Разговор
8.11.72
13-17.11.72
18.11.72
20-26.11.1972
27-30.11.72
Зима
Разговоры
1-3.12.72
Газета
4.12.72
Дронт Николай
В ту же реку 2
Конец осени
8.10.72
Не едим без сдобного,
Кто сказал, что плохо мы живём?
Ничего подобного!
Застольную песню тянут от всей души и, главное, громко. Опять забыли, что я сплю, и разбудили своим ором. Это Камчатка, я там жил с родителями, пока не закончил школу. Стоп! Не понял! Опять?! Господь с ней, с Камчаткой! Какое вообще сейчас число? Уф... Отлегло... А я уж было испугался, что вновь переместился в конец апреля. Но нет, сейчас 8 октября 1972 года. Сегодня вернулся из поездки на материк. Друзья семьи немного отметили моё прибытие, посмотрели привезённые подарки, рассказали поселковые новости и разошлись. Почти все... Самые стойкие ещё отмечают... Изверги! Нормально поспать не дадут. Главное, самим же завтра на работу! Утром будут стенать и жаловаться на плохое самочувствие.
В голове теснятся воспоминания. На Камчатке я, Лёха Костров, жил с мамой и отчимом до окончания школы. В следующем месяце мне стукнет шестнадцать лет. Отчим, дядя Володя, начальник геологической экспедиции, мама тоже работает в камералке. Сюда мы приехали из Москвы больше трёх лет назад и года через полтора уедем обратно. После переезда я закончил институт, работал в НИИ, женился, завёл сына. Потом загранкомандировки. За время моего отсутствия жена нашла себе партию получше. Развод, новый брак, дочка. В лихие 90-е чем только не занимался, лишь бы выжить и прокормить семью. В 2000-х жизнь наладилась. Работал до пенсии. Потом остался один, никому особо не нужный и не интересный старик, без дел и без смысла в жизни. Друг предложил рискнуть, провести эксперимент, и я вернулся в детство.
Проснулся ночью 22 апреля 1972 года на Камчатке под ту же песню, что и сегодня, в дальнем посёлке, на тысячу с лишним километров севернее Питера, Петропавловска-Камчатского. В тот год я учился в 8-м классе, даже был отличником. Правда, из-за порока сердца с первого класса освобождён от физкультуры, за что недоброжелатели прозвали Дистрофиком и Дохлым. Нормальные ребята звали Костёр и Вумный, а вскоре после возвращения появилось новое погоняло - Писарь. Один авторитет нарёк за умение работать ножом. Ножу, нунчакам и ещё кое-каким навыкам самообороны научился в начале 90-х, у тренера в подвальной секции. Чтобы избавиться от сколиоза, с 7-го класса занимаюсь йогой, а в институте увлёкся ушу и тренировался до последних дней. Ничего боевого, только оздоровительные и медитативные практики.
Что имею в плюсе? У меня хорошая память, неплохо лажу с людьми и могу быть убедительным в разговоре. По профессии я неплохой программист, хотя сейчас оно не актуально. Немного умею переплетать книги, натренировался на заброшенной библиотеке, сложенной в заметённом сарае. Слесарь-инструментальщик разряда эдак третьего. За несколько месяцев дядя Витя меня неплохо обучил. Заодно он же преподал основы воровской профессии скокаря-медвежатника. Типа, в жизни пригодится. Ещё я фотограф уровня сельского дома быта. Самуил Яковлевич, поселковый фотохудожник, натаскал. Не бесплатно, правда. Кроме русского владею корякским, идиш, английским, немецким, венгерским и китайским языками. Стреляю из малокалиберного ружья и пистолета на уверенный 1-й разряд. Имею довольно много денег и кое-какое оружие.
Недостатки тоже имеются в количестве. Самый серьёзный - порок сердца, точнее два, незаращение межпредсердной перегородки и недостаточность митрального клапана. Из-за них меня даже в армию не взяли. Хотя сейчас сердце почти не беспокоит, а в тридцать вовсе перестал про него вспоминать. Может, заматерел, а может, потому, что не пью и не курю, причём совсем. За всю прошлую жизнь выпил пару бутылок шампанского, половину стакана пива, и лет в четырнадцать мама налила мне в пробку коньяку попробовать. Не понравилось, кстати. Пахнет ничего, а на вкус едкая маслянистая гадость. И по мозгам бьёт. Курить даже не пробовал и к запаху табака нейтрален. Говорят, его больше всего не переносят те, кто завязал с никотином. Сколько дел можно было бы решить в курилке или распив бутылочку в тёплой компании!
