Стиснув зубы, Кей до последнего держалась, но протяжный болезненный стон все же сорвался с губ. Не хотела доставлять удовольствие своими криками этому… кем бы он теперь ни был, но сдержаться было невозможно.
Если во время разговора он еще как-то оправдывал свои действия и убеждал, что вовсе не испытывает радости от этих пыток, стоило на ее теле появиться первой ране, как настроение его изменилось. Это была чисто животная жажда и восторг от происходящего. Теперь она понимала, как он мог не рассчитать силы с Коппом. Словно стоило ему почуять кровь, как в игру вступило совершенно другое существо — и оно аккуратным быть вовсе не собиралась.
Длинный, скальпельно-острый коготь подцепил срезанный у нее с предплечья кусок кожи и поднял на уровень лица. Из оскаленной пасти высунулся кончик языка и поймал упавшую с лоскута кожи капельку крови.
— М-м-м… — довольно потянул монстр, — я сразу понял, что ты — это нечто особенное. Прекрасный, освежающий вкус.
Широко открыв клыкастый рот, он медленно опустил снятую с нее кожу на язык и с наслаждением принялся смаковать.
У Кей все поплыло перед глазами, а внутренности словно перевернулись. От этого вида стало хуже, чем когда ей взрезали руку. Боясь потерять сознание от омерзительного и жуткого зрелища, она поспешила перевести взгляд на рану.
Боль вгрызалась в сознание, мешая думать. Оголенная мышца постепенно покрывалась скапливающейся кровью и сукровицей. Выглядело пугающе, но девушка понимала, что ей повезло. Крупные сосуды не затронуты, от потери крови она не умрет и в сознании продержится. Но вряд ли ей понравится то, что она увидит в дальнейшем.
Вновь подняв взгляд на тварь, Кей вздрогнула. Наслаждаться срезанным куском он уже закончил, и трапеза эта заметно изменила его вид. Глаза налились кровью, лицо осунулось сильнее, больше походя на череп. Челюсть выдвинулась вперед и словно стала шире, уродуя его окончательно. Поймав ее взгляд, он оскалился и медленно провел языком по клыкам.
Инстинкты вопили, что нужно бежать. Кей машинально попыталась отдалиться, но пришпиленные кривой лапой к столу руки лишь дернулись, жалобно звякнув цепью между ними.
— Куда же? — мягко пророкотало чудовище изменившимся, хриплым голосом. — Мы только начали наше знакомство. Мне не терпится узнать, чем еще может поделиться это тело, — свободная лапа с когтями судорожно сжалась пару раз.
Кей понимала — нужно срочно его отвлечь. Заставить разговаривать, задеть человеческие чувства, прежде чем он полностью станет… кем-то слишком ужасным.
— Ты поверил этим россказням про бессмертие? — скривившись в болезненной ухмылке, просипела она сквозь зубы. — Нельзя же быть таким наивным. Разве похоже, что я обладаю подобным даром? Все, чего ты добьешься от моего тела — это несварение. Я вела нездоровый образ жизни.
— Бессмертие? — хмыкнул он в ответ. — Мне встречались свитки с такими упоминаниями, но было ясно, что это чушь. Я почти сразу разобрался, почему же ни одна из попыток обрести его не сработала.
Девушка выдохнула, отметив, что, занятый разговором, он понемногу возвращал человеческие черты обратно. Лицо чуть выправилось, и уже не столь напоминало оскаленную морду чудовища.
— Правда? Тогда за что истребили мой вид?
— Банальная ошибка перевода, — скривился псих. — Путаница слов, и вот уже неуязвимость превратилась в бессмертие. Согласись, что-то близкое в этих определениях есть, хотя разницы гораздо больше. Ваш вид трудно ранить, это правда. Но только если не знать его уязвимость, — кивнул он на кандалы. — Впрочем, твои силы меня не интересуют.