– Аня, ну, я же замужем, как я могу жить отдельно от Петра? – Ольга отлично блефовала.
– Я, Оля, все понимаю, – Аня затараторила быстро-быстро, – но что мне делать? Квартирантов я пускать боюсь, они мне весь евроремонт угробят, а если квартиру так бросить, то страшно, ее ограбят и опять-таки все вынесут. Что мне делать? Ну, давай ты только половину квартплаты внесешь, а? – Аня уже была готова потерять в деньгах, лишь бы не потерять всю квартиру.
– Можно я подумаю и перезвоню тебе? – Ольга решила взять паузу, чтобы перевести дух. – Через несколько минут, хорошо?
– Конечно, Оля, ну все-таки выручи меня, ты же сестра. – Аня сделала последнюю попытку надавить на слабое место, зная, что она добрая и вечно всех жалеет.
– Я помню это, Аня. – Ольга закончила разговор, положила телефон в сумку и села на стул в коридоре.
«Это знак. – Ольга понимала, что это действительно была ей помощь свыше. – Это знак, чтобы я взяла паузу и спокойно обдумала свою дальнейшую жизнь, надо соглашаться, пока такая удача».
Немного погодя она перезвонила Ане:
– Я согласна, только мне нужна твоя помощь в перевозке моих вещей, и это сделать необходимо сегодня, прямо сейчас, пока я не передумала.
– Конечно-конечно. – Аня была несколько озадачена таким темпом развития событий. – Правда, мне в Штаты только через неделю, ну, ничего, поживем пока вместе, да?
– Конечно. – Ольга сделала вид, что ничего странного в ее поведении нет. – Поживем вместе, ведь мы же сестры.
Аня шумно выдохнула, как-то неуверенно сказала: «Спасибо, приеду через час» – и отключилась. А Ольга относительно спокойно отправилась собирать вещи, твердо уверенная в том, что на этот раз поступает правильно.
«Мне необходима пауза. Перерыв. Просто отдохнуть. А дальше посмотрим, быть может, и Петр что-то поймет… ну, а если нет… если нет, – дальше Ольга даже боялась думать, – ну, тогда я избавлюсь от ребенка любыми способами, матерью-одиночкой я точно не останусь».
Ольга жила у Ани уже вторые сутки, а Петр так ни разу и не позвонил. С каждым часом Ольга мрачнела все больше и больше, и перепуганная Аня даже спросила, не из-за нее ли Ольга такая печальная.
– Да, мы немного повздорили с мужем из-за моего переезда к тебе. – Ольга научилась врать просто виртуозно. – Ну, я ему объяснила, что ты моя сестра и надо помогать родственникам.
– А он что? – нервничая все больше и больше, поинтересовалась Аня, видимо, она боялась, что Ольга передумает в самый последний момент и ей придется снова искать кого-то для проживания в квартире. Кого-то очень надежного. Искать!
– А Петр даже не звонит мне, и вот я думаю, что мне теперь делать, – закончила Ольга свое унылое повествование.
– А хочешь, я сама позвоню ему и все объясню? – предложила Аня.
– Нет, не надо. Я, конечно, останусь здесь, раз я тебе обещала. – Ольга тяжело вздохнула и стала собираться на работу.
Аня благоразумно промолчала, но Ольга заметила, что ее сестра немного повеселела. Едва Ольга вышла из подъезда, как небо моментально заволокло черными тучами, сверкнула молния и началась самая настоящая гроза. Первая гроза в этом году, майские грозы, они такие неожиданные, стремительные и сильные.
Ольга вызвала такси, поджидая машину, она пряталась в подъезде, переминаясь с ноги на ногу.
«И все-таки Петр меня не любит. – Ольга старалась проанализировать ситуацию спокойно, не впадая в панику и эмоции. – И тогда получается, что зря я терпела весь этот ужас, весь этот секс с ним, получается, что зря? Ну, уж нет!»
Внезапно Ольга разозлилась: «Я прямо сейчас позвоню ему и скажу, что я беременна, и пусть он почувствует себя виноватым!»
Ольга взяла телефон и написала эсэмэс мужу «Я беременна», а потом на мгновение замерла. «Что-то я слишком часто в последнее время пишу такие эсэмэски мужчинам, – нервно хохотнула Ольга, поразившись происходящему, – то Андрею, то Петру, пала ниже некуда».
И все-таки Ольга отправила сообщение мужу.
Петр перезвонил через пару минут, когда она уже садилась в подошедшее такси.
– Дорогая, а ты где? Это правда? – Голос Петра дрожал от волнения.
– Я еду на работу. – Ольга очень обрадовалась, что муж пошел на примирение первым.
– Я сейчас приеду к тебе, и мы обо всем переговорим. Хорошо?
– Хорошо. – Ольга почувствовала, что к ней вернулось хорошее настроение. – Приезжай.
«Пока мы поживем отдельно, – Ольга ликовала, – пусть помучается, а потом, ну, потом, когда Петр возьмется за ум, я вернусь домой. Надо поставить перед ним условие, что я вернусь лишь тогда, когда он найдет работу и посетит невропатолога, пора заканчивать с его истериками».
Ольга уже почти подъехала к офису, когда музыкальную композицию, передаваемую на местной радиоволне, прервали, и сухой официальный голос произнес: «Два дня назад из дома вышла Тетюева Нина Ивановна и до сих пор не вернулась. На вид женщине тридцать – тридцать пять лет, средней полноты, волосы обесцвеченные, светлые, глаза голубые. Была одета в красный плащ, в руках розовая сумочка. Всем, кто знает о ее местонахождении, просьба сообщить по телефонам…»
