Они молча поднимались по ступеням, каждый был погружен в свои размышления. Клементина с тяжелым сердцем задумалась о том, собирается ли Джейми нынешней ночью разделить с ней постель и хочет ли этого она сама. Ее ужасала мысль, что, несмотря на открывшееся предательство и недоверие к нему, ей все же хочется его ласк. Она боялась, что стоит ему прикоснуться к ней, и она обо всем позабудет, отдаваясь ему с желанием и страстью.
Еще она подумала о Кэтрин. Клементине было любопытно, женился бы на ней Джейми, если бы король не навязал ему жену из Англии. Даже Дейви говорил, что брак между Кэтрин и Джейми был вполне возможен. Насколько более подходящей хозяйкой Гленахена стала бы рыжеволосая красавица
Клементина так погрузилась в свои мысли, что не заметила, как они добрались до ее комнаты.
Едва они вошли в спальню, Джейми резко захлопнул дверь и запер ее на задвижку. Обернувшись к Клементине, он с безумным блеском в глазах притянул ее к себе и припал к ее губам жадным поцелуем. Не говоря ни слова, продолжая пожирать ее рот своими губами, он наступал на нее, загоняя к стене, пока они не уперлись в панели комнаты. Обхватив Клементину за талию, Джейми легко поднял ее вверх так, что лицо ее оказалось чуть выше его глаз, и принялся покрывать жаркими поцелуями ее шею, плечи, грудь…
Ошеломленная, захваченная врасплох, Клементина едва могла перевести дыхание и уж точно не успела рассудить, хочет она этого или нет – все страхи и сомнения разлетелись в дым под напором его желания, сразу передавшегося ей.
Держа Клементину одной рукой, другой Джейми расстегнул свою одежду и, подняв шуршащие юбки жены, мгновенно вошел в нее… стоя. Изумленная его напором, Клементина лишь ахала и стонала, покорно принимая каждый его беспощадный выпад. Он двигался в ней непрерывно, безжалостно – вжимая хрупкое тело в деревянные панели комнаты.
Таким Клементина его еще не знала и, хоть не была к этому готова, мгновенно откликнулась на его яростную страсть, зажигаясь ею, отдаваясь Джейми с не меньшим пылом, словно, от этого зависела ее жизнь…
Когда все закончилось, Джейми уткнулся лицом в ее волосы и прижал к себе так крепко, что Клементине на миг показалось, будто у нее вот-вот треснут ребра.
Дождавшись, когда стихнет громовой стук их сердец, Джейми отнес жену на постель и бережно уложил на покрывало. Ласково перебирая растрепавшиеся локоны, отводя от разгоревшегося личика выбившиеся прядки, он не сводил с Клементины глаз, полных нежности и тепла.
– Я знаю, что был сейчас груб с тобой, – хрипловато произнес он, – надеюсь, я не сделал тебе больно.
– Нет. – Клементина поспешно потрясла головой. – Ты не причинил мне боли.
Однако Джейми, коснувшись ее распухших губ, нахмурился: на кончике его пальца осталась капелька крови.
– Я поранил тебя, – сказал он с настоящим раскаянием и тут же смочил водой носовой платок, чтобы бережно вытереть Клементине рот. – Мне очень жаль, малышка. Ты, наверное, считаешь меня зверем, – бормотал он виновато, – но я так тебя хотел весь день, что ожидание свело меня с ума.
Клементина не могла вынести вида сильнейшего раскаяния, отразившегося на лице мужа, и коснулась его щеки.
– Все хорошо, Джейми. Ты правда не причинил мне боли. Это б-было чудесно.
Она закрыла глаза, растерянная и совсем запутавшаяся… Или Джейми был на редкость умелым лжецом и обманщиком, или она ошибалась в своих подозрениях. Его жажда обладать ею была такой неподдельной, и хотя поначалу эта страсть ее смутила, под конец его пыл только усилил испытываемое наслаждение. Видеть, как Джейми теряет власть над собой, испытывая эту необузданную страсть, было почти так же хорошо, как знать, что он ее любит. Если бы только она была уверена, что Джейми хотел именно ее… Клементину вдруг пронзила мысль: а что, если так же он вел себя с Мередит или, того хуже, минуту назад представлял, что в его объятиях Мередит, что это в нее он вонзается с таким самозабвением?
Клементина постаралась выбросить из головы эту гадкую мысль, но она никак не уходила, и глаза вновь защипало от слез.
– Милая, не засыпай, – услышала Клементина шепот мужа. – Ты не сможешь хорошо отдохнуть, если заснешь одетая и зашнурованная. Сядь, я тебя раздену.
Голос Джейми, привычные движения раздевания помогли Клементине успокоиться и отвлечься. Ей удалось справиться с расстроенными чувствами и удержаться от готовых пролиться слез.
