— Мммм. Должен сказать, это один из самых красивых замков, в которых я бывал, и, конечно, компания играет роль. Фифи ненавидит снег, но я всегда любил холодные месяцы, зима значит шоколад.
Я улыбаюсь из-за последних слов, когда мы идем по подъездной дорожке, и гравий хрустит у нас под ногами. Я должна согласиться с Джорджем, поскольку начинаю по-настоящему обожать этот замок и всех людей в нем.
— Так ты собираешься сказать ему? — наконец спрашивает он.
— Что? — мои губы кривятся в усмешке. — Сказать ему, что мне двадцать шесть лет, а мой отец пытается заставить меня вернуться домой и выйти замуж за человека, которого я терпеть не могу?
— Ну, и что ты хочешь предпринять? — он наклоняет голову и проницательно смотрит на меня, помпон на его шапке покачивается.
— Я не знаю, Джордж. Я только встретила его и никогда не делала ничего подобного, — я вдыхаю свежий воздух и тяжело вздыхаю, пожимая плечами, прежде чем прислониться к каменной колонне возле моста. — Я действительно не знаю, что делать. Надеюсь, я смогу помочь Дойлу устроить успешную вечеринку? Я просто жду, когда утихнет вся эта драма в социальных сетях, потому что не могу даже думать. Я не хотела, чтобы Влад был втянут в эту часть моей жизни.
— Ты хочешь выговориться или получить какой-то совет?
— Вероятно, и то, и другое. Я понятия не имею, что мне сейчас со всем этим делать.
— Волна в социальных сетях не утихнет, но все, что тебе действительно нужно — это новая стратегия.
Я засовываю руки в перчатках в карманы, хмуро глядя на тротуар.
— И что же мне делать?
Он поправляет свой коричневый шарф, который каким-то образом выбился из-под зимнего пальто, с лица и обнимает меня за плечи.
— Сладенькая, ты уже справляешься. Просто нужно мыслить шире.
— Как?
Он отстраняется, и мы подходим ближе ко рву, держась за руки.
— Что происходит, когда ты смотришь на Влада?
— Ммм… — от одной мысли о нем по моему телу разливается тепло. Я практически чувствую, что начинаю таять прямо здесь.
— Вот именно. И это же случается со всеми остальными. Этот мужчина выглядит как секс и грех на двух ногах, и он может решить твою маленькую проблемку, причем быстро и без задержек. Плюс немного помощи Дойла. Дорогая, тебе больше ничего не нужно.
— Они не захотят быть в центре внимания.
Он отпускает меня, и его руки упираются в бедра.
— Откуда ты знаешь, если не спрашивала? О, милая, я устраивал гала-концерты и званые вечера, когда мы с бывшим мужем были вместе. Сейчас покажу, — он достает телефон из кармана, хотя его руки тоже в перчатках, и мой телефон пикает, когда он отмечает меня в комментариях к событию, которое произошло больше года назад.
Фифи там в ошейнике со стразами, наверное — это стразы, и красивый мужчина холодно смотрит в камеру через плечо Джорджа. Вокруг него собралось около двадцати человек, и все они, несомненно, одеты в дорогие костюмы. Все кричит о деньгах, но вместе с тем, и о веселье. Повсюду зеленые и фиолетовые цвета, даже на маленьких бокалах для шампанского. Может быть, Дойл что-то знает.
— О, мне это нравится.
— Правда? Девочка, тебе нужно только привлечь Влада, и мы сможем сделать так, что об этом заговорит вся Европа. Посмотри на это место, чего только стоит один пейзаж.
Я хмурюсь, когда большая тень движется под замерзшей поверхностью рва.
— Что это было?
— Где?
— Обри, — голос Влада раздается позади нас.
Я оборачиваюсь и ахаю, когда спотыкаюсь, но руки Влада надежно обхватывают меня.
— Женщина, ты можешь не влипать в неприятности хотя бы несколько часов? — рычит он мне на ухо.
— Прости, я не хотела подходить так близко и…
— Это моя вина. Я хотел посмотреть ров, и Обри была настолько любезна, что показала мне дорогу, — говорит Джордж позади нас.
Влад поворачивается к моему новому знакомому, и я отступаю, обнимая Джорджа за плечи, словно защищая его. Он всего на пару дюймов выше, и когда он обнимает меня в ответ, я просто улыбаюсь, зная, что обрела друга на всю жизнь.
Влад подозрительно смотрит на него, прежде чем перевести взгляд на меня.
