Конная группа, совершая отвлекающий маневр, обошла Крупец с запада и ворвалась в расположение маршевой части. Обстреляв дома, в которых разместились фашисты, скрылась в западном направлении. Цель была достигнута: немцы готовились к отражению нападения партизан с запада.
Внезапный ночной налет на Крупец вызвал панику во вражеском гарнизоне. Охранная часть гитлеровцев оказала сопротивление батальону Васильева далеко не сразу. Немцы выбегали во двор школы и попадали под партизанский огонь. Лишь через некоторое время гитлеровцы стали отстреливаться из окон и дверей.
Полицаи, как только их казарму обстреляли бойцы Маркелова, открыли ответный огонь. Попытка нескольких десятков полицейских уйти из окруженного здания через запасной выход, не удалась. Партизанские пулеметчики и автоматчики, уже ждавшие здесь врагов, разили их прицельным огнем. Лишь единицам удалось удрать.
Лепков с группой автоматчиков обследовал здание, только что очищенное от полицейских. В казарме под нарами прятались два полицая, бросившие винтовки. Заметив их, Лепков приказал:
— А ну вылезайте, гады! А то сейчас гранату брошу!
Те выползли из-под нар, трусливо подняв руки.
— Кто вами командовал?
— Усей полицией командував нэмец, обер-лейтенант, а нашим взводом — Щепиков, — ответил один из полицейских.
— Щепиков? Знакомая фамилия…
…Еще весной предатель Щепиков был заочно приговорен к смертной казни за выдачу гестаповцам Шуры Зайцевой. Но все никак не попадался он партизанам. И вот он, кажется, в наших руках!
— Где он, ваш взводный? — заметно волнуясь, спросил Лепков.
Тот же полицейский так, чтобы не заметил другой предатель, молча показал рукой на потолок. Лепков догадался:
— Овчинников, обследовать чердак. Для начала бросьте туда парочку гранат.
Как только на чердаке раздались разрывы гранат, Овчинников и с ним еще двое партизан ловко поднялись туда по лестнице-стремянке. Через несколько минут Овчинников докладывал с чердака:
— Товарищ Лепков, принимайте «господина» Щепикова! За дымоходом прятался, гад. А еще двое отдали концы — гранаты угодили как раз в то место, где они засели с пулеметом.
Лепков, направив луч света трофейного фонарика на лестницу, сразу узнал Щепикова. Тот со связанными руками неуклюже спускался вниз.
Исаев, стремительно вошедший в казарму в сопровождении нескольких командиров, спросил Лепкова:
— Кто это? По одежде — важная птица.
— Товарищ командир отряда! Наконец-то попался предатель Щепиков, тот самый, который выдал Шуру Зайцеву, — доложил Лепков.
— А вот его удостоверение. Уже до командира взвода в полиции дослужился.
Овчинников протянул Исаеву засаленную книжку.
При тусклом свете фонаря, освещавшего казарму. Исаев прочитал удостоверение, внимательно посмотрел на вклеенную в него фотокарточку и передал его Лепкову. Резко повернувшись к Щепикову, объявил:
— Предатель Щепиков, за совершение злодеяний против советских людей ты уже давно заочно приговорен партизанским судом к смертной казни.
Щепиков рухнул на колени, в ноги к Исаеву. Зарыдал, нараспев произнося слова раскаяния и прося пощады.
— Выродок, кто поверит в твое раскаяние и кто может простить совершенные тобою преступления перед Родиной?! Товарищ Лепков! Приказываю привести приговор в исполнение…
В западной части села, где остановилась на ночлег вражеская часть, стрельба наших конников тоже вызнала панику. Заняв круговую оборону, ожидая появления партизан с запада, фашисты вели беспорядочную стрельбу, освещая ракетами подступы к своему расположению. Об оказании помощи охранной части, не говоря уже о полицейском формировании, на которое напали партизаны, командование вражеской маршевой части и не помышляло, как говорится: не до жиру, быть бы живу.
Разгромив охранную часть, полицейское формирование и районную управу, перед рассветом 8 февраля наш отряд отошел из Крупца и сосредоточился в лесу под Анатольевкой. Под вечер наши разведчики встретили под Рыльском заместителя командира бригады по разведке Черникова, спешившего в отряд в сопровождении взвода конников.
От Черникова мы узнали обстановку в бригаде. Выведение из строя участка железной дороги Ворожба — Коренево — Льгов будет завершено лишь через пять-шесть суток.
Несколько дней бригада вела непредвиденные боевые действия с отступающими вражескими частями под Льговом. Задача нашего отряда оставалась прежней — прикрывать бригаду с востока.
В тот же день вечером мы услышали радостное сообщение по радио, извещающее об освобождении войсками 60-й армии под командованием И. Д. Черняховского города Курска от немецко-фашистских захватчиков. Это было 8 февраля 1943 года.
Возвратившись на хинельскую базу, мы узнали о новой задаче, поставленной 2-й Курской бригаде Центральным штабом партизанского движения — идти в Дмитриевский район Курской области на соединение с наступающими войсками Красной Армии для совместного ведения боевых действий по уничтожению группировки противника, укрепившегося в городе Дмитриеве и в ряде прилегающих к нему населенных пунктов. Бригада сразу выступила в Хомутовский район.
