Амина, звёздная девушка, не заметила, как, прогуливаясь ночью, забрела на чужую территорию, где и встретила попавших в беду людей. Она попыталась им помочь, но попала в западню сама. Сумеет ли она остаться той, кем была, или ей придётся принять чужие правила игры?..
Амина спокойно спала, когда ветер вдруг распахнул окно, и она резко проснулась. Оглядевшись, она заметила лёгкую развевающуюся ткань штор, а за ними – возлюбленное звёздное пространство. Оно звало её, и вскоре, не сумев снова заснуть, она поднялась.
Выйдя во двор, Амина присела на полено у калитки, ведущей в погреб, и всмотрелась вверх. С тёмного бархата небес томно разливался коктейль из света звёзд и луны, приправленный невероятной свежестью ночи, и она хотела им напитаться.
Уж не в первый раз она вот так выходила посреди ночи, наслаждаясь окружающим покоем и красотой, но сегодня вдруг отчётливо ощутила, как что-то манит её пройтись…
Она никогда не боялась тьмы. К чему? В округе не бывает чужаков, да и поместье её надёжно защищено чарами, которые наложила её давняя подруга. «Давняя подруга… Куда ушли эти года и где она теперь?», – лениво, в полусне думала Амина, неспешно шагая по тропинке. Уж много лет прошло с тех пор, как исчезла Маранта. Но пока её защитные чары держались, Амина верила, что та всё ещё жива…
Пройдя ещё немного, она остановилась и обернулась. Там, далеко позади себя, она видела знакомые очертания, окутанные туманом и мглой, – очертания неизведанной скалы… Амина давно уже мечтала дойти до тишины того места, разгадать древние знаки, выскобленные у самого подножия и поднимающиеся дальше вверх, туда, где не достать было их взглядом. Но никогда ещё она не осмеливалась пройти границы своего поместья, чтобы отправиться к ней. Амина даже ощущала в этом нечто мистическое – будто что-то неведомое не давало ей силы двинуться туда, заставляя трепетать и чувствовать что-то неизвестное и одновременно с тем неизбежное, как приближающийся рассвет или ночь…
Впрочем, обычно она не обращала внимания на подобные чувства – мало ли, что может привидеться?.. Так, к примеру, в последнее время ей казалось рядом присутствие чего-то незримого, которое она всё никак не могла определить, но Амина особо и не думала об этом. Она частенько бродила по своей земле, задумчиво рассматривая окрестности, и когда была занята размышлениями или мысленной беседой со звёздным небом, могла не обратить внимания ни на ночных птиц, ни даже на проходящих мимо людей.
Как-то недавно она встретила так одного человека: он шагал чуть ли уже не по её земле, но Амина не беспокоилась – она знала, что тот, кого она сама не пригласит, пройти к ней не сможет, ведь защитные чары Маранты были ещё сильны. А тот незнакомец, желая с ней поговорить, произнёс что-то… В тот раз Амина, занятая своими мыслями, даже не поняла его слов и просто прошла мимо, но спиной ещё долго ощущала его странный пристальный взгляд… Что ж, этот эпизод быстро стёрся из её памяти, он не беспокоил её. Но вот когда речь заходила об этой скале, она почему-то не могла оставаться равнодушной…
Вот и сейчас Амина не сразу отвела взор – настырно она ещё раз осмотрела далёкие очертания, и только после этого неохотно отвернулась. Она понимала, что опять не сумеет к ней приблизиться – дойдёт только до края своей земли и, постояв немного, глядя вперёд на странно манящую скалу, снова побредёт обратно. Просто так было всегда: и наяву, и даже в тот раз, когда она увидела её во сне.
Это был странный сон. Во мгле очертания скалы, как и сейчас, были смутны, но всё равно казались темнее окружающей мглы. Скала была опоясана непонятной светлой дымкой, словно вокруг пролили капли кипящего молока и пар от него поднялся вверх. Амина смотрела на неё, а потом та вдруг раскололась на две части, и меж ними открылся путь – неведомый и далёкий. И впереди внезапно появилось дневное небо и свет, сфокусировавшийся в одну точку и такой яркий, будто ярчайшая звезда на невозможно глубоком тёмном фоне! Амина проснулась, но даже после этого сна, после ожидания увидеть что-то прекрасное у скалы, никак не могла к ней подойти – каждый раз что-то заставляло её остановиться, какое-то непонятное чувство… ощущение незримой опасности. И, возможно, когда-нибудь она и смогла бы перебороть его, если бы решилась, но точно уже не сегодня: Амина развернулась и задумчиво пошла в другую сторону.
Некоторое время она неторопливо, спокойно шагала легко протоптанной тропкой: сначала – среди своих садов, потом – через луг. Вскоре, даже не обратив на это внимания, Амина свернула и к лесу, за которым далеко-далеко высилась как раз та самая скала, которую, впрочем, теперь и не видно было за густыми деревьями…
Всё было напоено запахом, сводящим с ума, – ночные цветы продолжали упрямо раскрывать лепестки, заполняя и так густую насыщенную тьму горько-сладким ароматом. Амина вдыхала его, следя за звёздами, которые, как в полусне ей казалось, следили за ней самой, и безмятежно шла всё дальше и дальше… Она была в каком-то странном состоянии – шагала, не особо замечая, куда же идёт, словно не совсем ещё и проснулась… Вскоре она перешла границы своей земли, потом свернула не туда, и через некоторое время, совсем не подозревая об этом, оказалась уже на чужой земле…
