В удивительной стране Россия есть удивительное Управление Х, в котором в борьбе за правопорядок и здравый смысл сошлись в бумажных баталиях с силами зла капитан Сигов и его боевые коллеги. В борьбе умело используются постулаты мастеров Дао, солдатская смекалка и опыт чиновничьих интриг. Читайте смешные и чуточку грустные будни Управления Х. Содержит нецензурную брань.
О внезапной учебной тревоге в управлении Х стало известно за две недели. Всем сказали проверить свои «черные чемоданчики». «Чёрный чемоданчик» капитана Сигова, как и у всех, представлял собой пыльный драный вещмешок с неопределённым содержимым. Сигов потряс им, брезгливо взяв за грязные лямки. Внутри послышались неидентифицируемые шумы. При осмотре в мешке обнаружились: засохший обмылок в пластиковой коробке, советский фонарь длиной в локоть с выбитой на торце ценой 2 руб. 22 коп. без батареек, пачка печенья «Незабудка» с датой изготовления 18.03.2004 г., маленькое вафельное полотенце, два рваных пустых конверта, книжица «Полезные страницы 2003», треснутая офицерская линейка зелёного цвета, наполовину пустая бутылка «Аква минерале», старый носок (1 шт.), общая тетрадь коричневого цвета с половиной вырванных листов, сломанный карандаш, перочинный ножик, гнутая иголка и нитки, намотанные на кусок картонки, противогаз, оторванный капитанский погон, комок мятых салфеток и одноразовая оранжевая бритва. Со всем этим Сигову в случае войны надлежало защищать Родину, скрываясь в подмосковных лесах и пуская под откос вражеские эшелоны с живой силой и техникой.
В условленный день в 5.00 утра в квартире Сигова зазвонил телефон. Звонили с работы. Сообщали о неожиданной тревоге. Сигов неожиданно изумился – надо же внезапная тревога! – но война есть война. Пришлось выдвигаться. На работе Сигов доложился о прибытии начальству, потом все переоделись в форму и, взяв «черные чемоданчики», сонно поплелись на построение. В сверкающем кафелем холле собрались человек семьдесят: год от года расширяющиеся, как вселенная, тётушки из бухгалтерии, сутулые секретариатские девочки, решающие всё, кроме нужного кадры, аналитики, жилищники, материальщики и прочие партизанские подразделения. Плотненький, с круглым, мокрым, похожим на блин лицом начальник, назначенный ответственным за это мероприятие сам не знал, что надо делать в таких случаях. На всякий случай скомандовал «Равняйсь» и «Смирно», но потом запас команд иссяк. Повисла почти мхатовская пауза. С мест начали подсказывать, что надо бы проверить содержимое «черных чемоданчиков», но так как никто не знал точно, что должно было в них лежать, решили ограничиться общим показом самих вещмешков. Все уверенно поднимали мешки и трясли ими, доказывая этим наличие всего необходимого внутри. Блинолицый начальник вдруг вспомнил, что на вещмешках и противогазах должны быть бирки с фамилиями хозяев и скомандовал всем их показать. Бирки оказались не у всех и начальник, довольный, что так ловко сумел обнаружить сразу столько недостатков удовлетворился. «Ну, ладно, – сказал он – Отправляйтесь на места несения службы». Но тут пришёл другой начальник. У него был диплом советского танкового училища и усы. Этот помнил ещё одну команду – «Газы!» Женщины зароптали: никто не знал, как надевать противогазы, да и натягивать пыльный резиновый намордник на макияж никто не хотел. Начальник-танкист, получив бронебойным в борт от бухгалтерии и убоявшись финансовых кар, отступил и сказал, что женщинам надевать противогазы не надо. Надо только мужикам. И, не давая времени последним зароптать, быстро скомандовал – «Газы!» Все защитники Отечества завозились с брезентовыми сумками, вынимая противогазы, а потом кто как мог натянули их на физиономии. Пара человек надела их вместе с пластиковой сеткой, вставленной внутрь для жёсткости, и та нещадно врезалась в кожу. Один забыл открыть дыхательный клапан и, чтоб не задохнуться, стоял, поддев пальцем край противогаза. Несколько человек не смогли натянуть их вообще по причине сугубо геометрической, из-за несовпадения размеров, потому как лицо с годами увеличилось, а противогаз – нет. Оба начальника: и блинолицый, и танково-усатый, сами не знающие как правильно их надевать, похихикивали. Сигов вдыхал резиновую вонь, безучастно смотрел сквозь мутные стёкла на стену напротив и скучал. Наконец, всё закончилось. Была дана команда снять противогазы и расходиться.
Сигов, зевая, побрёл к себе в кабинет, неся пыльный вещмешок так, чтоб не запачкать брюки. На часах было 7.30 утра. Учения состоялись. Теперь предстояло ещё отписываться о стопроцентной готовности подразделения к внезапной тревоге. Сигов плеснул себе вчерашнего холодного чая и сел за компьютер печатать отчёт. Родина могла спать спокойно. Сотни бойцов уверенно маршировали по бумажным листам отчётов, укрывались в надёжных убежищах и пережидали радиационную и иную опасность за кружкой чая с печеньем «Незабудка». Вражеские бомбы падали в никуда. Личный состав в количестве 100 процентов умело уходил из-под удара и готовил контрнаступление. И громовое «ура!», ещё одни сакральные три буквы русского алфавита, пожаром вставало над непокорённой страной.
