M-me Петицкой также предстоит некоторая роль в моем рассказе, а потому я и об ней должен буду сказать несколько слов. Дама эта, подобно Миклакову, тоже немало изливала желчи и злобы на божий мир, только в более мягкой форме и с несколько иными целями и побуждениями. Она познакомилась с княгиней всего только с месяц назад и, как кажется, была мастерица устраивать себе знакомства с лицами знатными и богатыми. Высмотрев на гулянье в саду княгиню и узнав с достоверностью, кто она такая, г-жа Петицкая раз, когда княгиня сидела одна на террасе, подошла к решетке их садика. Одета г-жа Петицкая была в черное траурное платье, траурную шляпку и, придав самый скромный и даже несколько горестный вид своему моложавому лицу (г-же Петицкой было, может быть, лет тридцать пять), она произнесла тихим и ровным голосом и совсем, совсем потупляя глаза:
– Madame la princesse, pardon, что я вас беспокою, но не угодно ли вам будет купить рояль, который остался у меня после покойного мужа моего?
Княгиню немножко удивило подобное предложение.
– Но сами вы разве не играете? – спросила она.
– Я играю, и недурно играю, – отвечала г-жа Петицкая еще скромнее, – но у меня нет средств, чтобы иметь такой дорогой рояль; мой муж был великий музыкант!
– Ваша фамилия? – спросила ее княгиня.
– Петицкая! – произнесла г-жа Петицкая с заметною гордостью.
– Ах, я слыхала игру вашего мужа; он действительно был превосходный музыкант.
– Превосходный! – повторила и г-жа Петицкая, приближая носовой платок к глазам.
– Я непременно зайду к вам посмотреть ваш рояль и купить его, хоть затем, чтобы иметь его в память вашего супруга.
– О, merci! Недаром мое сердце влекло меня к вам! – воскликнула негромко г-жа Петицкая.[76]
Раскланявшись с княгиней, она удалилась. Та на другой же день зашла к ней на дачу посмотреть рояль, который ей очень понравился, и она его сейчас купила.
Когда нанятые для переноски рояля мужики подняли его и понесли, г-жа Петицкая удалилась несколько в сторону и заплакала. Княгине сделалось бесконечно жаль ее.
– А у вас никакого рояля и не останется? – спросила она ее.
– Нет! – отвечала г-жа Петицкая почти трагическим голосом.
– Ну, я как-нибудь это поправлю! – проговорила княгиня и, возвратившись домой, пересказала мужу, что она купила отличный рояль у одной дамы. – И вообрази, у этой бедной женщины не осталось теперь никакого инструмента, тогда как она сама очень хорошая музыкантша! – присовокупила она к этому.
Г-жа Петицкая, кажется, не без умысла взяла в присутствии княгини несколько довольно бойких аккордов.
– Да, жаль! – произнес довольно равнодушно князь.
– И я, знаешь, что хочу сделать, – продолжала княгиня, – подарить ей мой рояль… не продавать же нам его?
– Конечно, подари! – согласился князь.
Княгиня очень была довольна таким позволением и даже поцеловала за него мужа.
Когда г-же Петицкой принесли от княгини в подарок рояль, то она удивилась и даже немножко обиделась; но княгиня прислала ей при этом такое любезное и доброе письмо, что она не в состоянии была отказаться принять подарок от нее, и с тех пор почти дружба связала обеих этих дам. Главное, г-жа Петицкая, несмотря на свой скромный и печальный вид, ужасно смешила княгиню, рассказывая ей разные разности про останкинских господ и госпож. О, она казалась княгине очень умною и ужасною насмешницей!
Кроме этих забавных рассказов, г-жа Петицкая не чужда была, по-видимому, заглянуть и подальше, поглубже в сердце княгини.
– Этот барон какой, должно быть, хороший и честный человек! – говорила она.
– Да, он хороший человек! – отвечала княгиня, но, как показалось г-же Петицкой, совершенно равнодушно.
– И красивый какой собой! – продолжала она.
– Ну нет, какой же красивый? – возразила княгиня очень искренним голосом, так что г-жу Петицкую удивила даже этим.
– Но, однако, извините вы меня: он лучше вашего мужа, хоть и тот тоже красив!
– Нет, муж лучше! – произнесла княгиня, опять совершенно искренне.
Г-жа Петицкая понять не могла, что такое значили подобные ответы. По слухам останкинским, она твердо была уверена, что говорит княгине самые приятные вещи, а тут вдруг встречает такое равнодушие в ней; а потому спустя некоторое время она решилась попробовать княгиню с другой стороны, хоть более, может быть, неприятной для нее, но все-таки, конечно, интересующей ее.
– Я как-то раз гуляла, – начала она, по обыкновению, своим ровным и кротким голосом, – и вдруг на даче у Жиглинских вижу вашего мужа! Никак не ожидала, что он с ними знаком!
Княгиня при этом невольно покраснела.
– А вы разве знакомы с Жиглинскими? – спросила она стремительно.
– Да, то есть муж мой, собственно, знал их хорошо, даже очень хорошо! – повторила г-жа Петицкая с какой-то странной усмешкою. – Он рассказывал мне, как в молодости проиграл у них в доме три тысячи рублей, и не то что, знаете, проиграл, а просто был очень пьян, и у него их вытащили из кармана и сказали потом, что он их проиграл!
