Уладив это, мы больше о таком не заговаривали, а ехали дальше по предрассветной мгле к Гринбэнку. На молочную ферму прибыли ровно в пять, и я сразу сдал задним ходом к погрузочной рампе, где грузчики уже нас ждали. Оказалось, что мистер Пиктолл с парой из них был шапочно знаком. Они его вспомнили по тем дням, когда он заправлял лесопилкой, и вновь меня поразило, что здесь все, похоже, знают всех. Это, в свою очередь, помогло смазать шестеренки, и ящики молока нам погрузили еще быстрее, чем раньше. Я отдал бланк заказа, подписал фактуру, и вскоре мы уже опять были в пути.
В старике мне нравилось то, что он не тратил слов на бессмысленные разговоры. Просто ехал со мной рядом молча на пассажирском сиденье, вглядывался в дорогу впереди через ветровое стекло и ждал, когда ему выпадет случай поработать. Очевидно, что я не просил его нести каждую бутылку в каждый дом, куда мы заезжали: это значило бы слишком многого от него требовать. Бутылки с золотыми крышечками вдоль площади под Гринбэнком, к примеру, я доставлял сам, поскольку развозка там была по прямой. Он полностью включился, лишь когда мы начали заезжать в более отдаленные места. У первого такого жилья было трое ворот при въезде, все закрыты, и мистер Пиктолл практически выпрыгивал из кабины, чтобы их открывать.
— Чертовы дурни, — сказал он, вернувшись в машину после третьих ворот. — В это время года их вовсе не нужно закрывать.
— Наверное, нет, — согласился я. Я ничего не знал про сельское хозяйство, но мой помощник говорил о нем вполне авторитетно, и я поверил ему на слово.
— Все поля пустые, — добавил он.
Тем не менее, если клиент хотел, чтобы его ворота стояли закрытыми, нам оставалось лишь подчиняться. Мистера Пиктолла это никак, впрочем, не беспокоило. Ему нужно было что-то делать, а открывать и закрывать ворота — такое же хорошее занятие, как что угодно другое. Единственная его жалоба сводилась к тому, что хозяева их — «чертовы дурни».
Еще одна задача для него возникала, когда мы заезжали в места со дворами неудобных очертаний. Эти мне создали накануне большие трудности, но с его помощью оказалось, что это вообще не задачка. Процедура была простой. Пока я в три приема разворачивал пикап, он выскакивал и доставлял необходимое, всякий раз возвращаясь с пустой бутылкой, когда я завершал маневр. Так результативно мы всякий раз сберегали по нескольку минут.
Еще толком не рассвело, когда мы приехали в Уэйнзкилл. Проезжая мимо фабрики мороженого, мистер Пиктолл пристально глянул за чугунные ворота и сказал:
— Значит, Снейт наконец продался.
— Мне так и говорили, да, — ответил я.
— На пустом месте начинал, знаете.
— Правда?
— В тот же год, когда я учредил свою лесопилку.
— А, ну да.
— Хороший он предприниматель, Снейт.
— Вы, значит, с ним знакомы?
— Время от времени сталкивались, да, — сказал мистер Пиктолл. — В последний раз было на Духов понедельник 1962 года. Если мне память не изменяет.
— О… э… ну да.
— Конечно, нынче ему нипочем бы не дали ничего подобного построить.
— Наверное, нет.
— Тут слишком много градостроительных норм, ничего не построишь.
— Да.
— Чертовы дурацкие правила.
Такой длинный разговор, похоже, сказался на мистере Пиктолле, и он надолго замолчал. Меж тем я думал про большой сарай мистера Паркера — интересно, он получал градостроительное разрешение перед тем, как его возводить?
Доставка молока протекала очень мило. Мы завершили развозку по Уэйнзкиллу и, подъезжая к району Миллфорда где-то без четверти восемь, совсем не выбились из графика. Я заметил, что топливный расходомер у пикапа показывает маловато. Двигатель у него был дизельный, а единственным известным мне местом, где наливали дизтопливо, был гараж Кеннета Тёрнера, поэтому я заехал туда заправиться. Кеннет уже трудился под фургоном, который загнал на пандус техобслуживания, и, заслышав наш приезд, вылез из-под него. Я вышел с ним поговорить, а мистер Пиктолл остался в кабине наливать из термоса чай. С собой он прихватил две чашки, а также пончики с джемом, и, очевидно, выбрал этот момент для нашего с ним перерыва на чаепитие. Увидев его на пассажирском месте в кабине, Кеннет подмигнул мне и сказал:
— Вижу, вы себе помощником обзавелись.
— Да, — сказал я. — Он очень полезный оказался.
— Ну, с мистером Пэ на борту если и ошибетесь, то не сильно.
— Похоже, так оно и есть.
— Требуется смышленый малый.
Он залил мне бак, и я вынул деньги заплатить ему, но он об этом и слышать не захотел.
— В счет лучше мне впишите, вам еще много понадобится.
— Видимо, да, — сказал я. — Вас, значит, так устраивает?
— Да, никаких хлопот.
— А я подобью в рабочем порядке.
— Ладненько.
Я влез в кабину к мистеру Пиктоллу выпить чаю с пончиками, а после этого мы погнали дальше, развозить молоко по той стороне озера, где жил Брайан Уэбб. Заехав во двор к Брайану, мы увидели, что он уже стоит в своей картонной короне: очевидно, ждет нас. Я воспользовался случаем и отдал ему свой заказ продуктов, но отказался от чашки чая, объяснив, что мы только что выпили. Когда мы уезжали, Брайан ухмыльнулся мистеру Пиктоллу и отдал ему честь.
