— Я еще не уверен, — серьезно произнес Алан. — Иммиграционные чиновники завернули нас, но мы этого ожидали.
— А потом?
— Кое-что произошло сегодня… вот только что. Возможно, все-таки есть шанс — весьма призрачный, — что мы сумеем довести дело до суда.
— А это поможет?
— Может, конечно, и не помочь.
Этот вопрос, который задала Шэрон, он уже задавал себе. Но когда возникает такая проблема, можно делать одновременно лишь один шаг, а потом надеяться на лучшее.
— Почему ты хочешь обратиться в суд, если это может не помочь?
Они свернули, обгоняя машину, чтобы успеть проскочить на желтый свет. На улице у перекрестка резко заскрипели тормоза.
— Ты видел этот автобус? — сказала Шэрон. — Я думала, он сейчас на нас наедет. — Они резко повернули налево, потом направо, обогнули стоявший молочный фургон, чуть не сбив водителя. — Ты говорил, что собираешься подать в суд.
— Есть разные способы подать в суд, — сказал Алан, судорожно глотнув, — и разные суды. Мы не могли бы ехать помедленнее?
Уступая ему, Шэрон сбавила скорость с сорока до тридцати пяти.
— Расскажи мне про суд.
— Ты никогда заранее не знаешь, что покажут свидетели, — сказал Алан. — Иногда это такое, о чем ты никогда бы не услышал. Добавь к этому положения закона. А в данном случае есть и еще одна причина.
— Продолжай же, — попросила Шэрон. — Это так интересно.
Алан заметил, что их скорость снова поползла вверх — к сорока.
— Словом, — стал он пояснять, — как бы ни поступили, мы ничего не теряем. И чем дольше мы будем об этом шуметь, тем больше шансов, что правительство изменит свое мнение и даст Анри шанс стать иммигрантом.
— Не уверена, что дедушке это понравится, — задумчиво произнесла Шэрон. — Он надеется сделать из этого большую политическую проблему, а если правительство сдастся, то и говорить будет не о чем.
— Откровенно говоря, — сказал Алан, — мне наплевать, чего хочет твой дедушка. Меня куда больше интересует, что я могу сделать для Анри.
Наступило молчание. Затем Шэрон произнесла:
— Ты дважды назвал его по имени. Он тебе нравится?
— Да, — сказал Алан. И понял, что говорит убежденно. — Он славный парень, которому досталось в жизни. Я не думаю, чтобы он когда-либо стал президентом чего бы то ни было или вообще чего-либо достиг, но мне бы хотелось, чтобы он получил возможность выбиться в люди. И если это произойдет, такая возможность будет у него впервые в жизни.
Шэрон искоса взглянула на профиль Алана, потом снова перевела взгляд на дорогу. Минуту спустя она спросила:
— Знаешь что?
— Нет. Скажи.
— Если я когда-либо попаду в беду, — сказала она, — Алан, ты будешь тем, к кому я обращусь за помощью.
— У нас как раз беда, — сказал он. — Разреши я сяду за руль?
Шины у них взвизгнули. Машина остановилась.
— Зачем? — с невинным видом спросила Шэрон. — Мы приехали.
Запах пиццы и соуса к спагетти витал в воздухе. В конторе Том Льюис читал выпуск ванкуверской «Пост» для континента. Когда они вошли, он отложил в сторону газету.
— Общество юристов, безусловно, исключит тебя, — возвестил он. — После того как публично разденет в Стэнли-парке. Ты хоть знал, какие существуют правила насчет рекламы?
— Дай взглянуть. — Алан взял газету. — Я ведь сказал лишь то, что думаю. Я был в тот момент раздражен.
— Это, — сказал Том, — просматривается с поразительной ясностью.
— О Господи! — Перед Аланом лежала передняя полоса газеты, рядом стояла Шэрон. — Я не думал, что они так это напечатают.
— И по радио тоже передавали, — сообщил ему Том.
— Но я думал, что они напишут главным образом про Дюваля…
— По-честному, — сказал Том, — я ух как тебе завидую. Ни с того ни с сего, даже не предприняв никаких попыток, ты вдруг прибрал к рукам первоклассное дело, тебя рекламируют как героя, и теперь, похоже…
— Да забудь ты об этом, — прервал его Алан. — Это Шэрон Деверо.
— Я знаю, — сказал Том. — Я как раз хотел перейти к ней.
Глаза Шэрон блестели смешинкой.
— В конце-то концов, мистер Льюис, и вы упомянуты в газете. Там совершенно четко сказано: Льюис и Мейтленд.
— И я буду бесконечно признателен за эту крошечку. — Том надел пальто. — Кстати, я еду встретиться с новым клиентом. У него рыбная лавка и, насколько я понял, проблема с арендой. К сожалению, ему некого оставить в лавке, поэтому приходится мне ехать к рыбе. Ты не хочешь съесть на ужин хорошую котлету из трески?
— Спасибо, но не сегодня. — Алан покачал головой. — Я собираюсь пригласить Шэрон.
— Да, — сказал Том. — Я почему-то так и думал.
И когда Алан остался наедине с Шэрон, он заметил:
— Мне надо поработать над аффидевитом. Он должен быть готов, чтобы я мог завтра появиться перед судьей.
— А не могла бы я помочь? — спросила Шэрон. Она улыбнулась ему — ямочка появилась и исчезла. — Я и печатать умею.
— Пошли ко мне, — предложил Алан, взял ее за руку и повел в свой застекленный закоулок.
