- Я знаю ее, но не очень хорошо. У нее в те дни были проблемы с алкоголем, но после
гибели Слоан, она не выпила ни капли. Это единственное хорошее последствие.
- Я думала, что мне нужно с ней поговорить, но я не хочу быть навязчивой.
- Не беспокойтесь об этом. Маргарет не стесняется, когда речь заходит о Слоан. Она
только и говорит о своей дочери.
- У нее есть другие дети?
- Два мальчика от первого брака Пола Сея. Они оба здесь, насколько я знаю. Через год
после смерти Слоан Маргарет и Пол развелись.Мальчики были в том возрасте, когда они
нуждались во влиянии отца, так что они выбрали жить с ним. Не знаю, что об этом думала
его первая жена, но, видимо, все решилось мирно. Старший обожал Слоан. Я понимаю, почему он приглядывает за Маргарет, у которой нет других друзей.
Скажите ей, что пишете статью. Она всегда звонит журналистам, пытается оживить
историю в глазах публики. Она убеждена, что однажды кто-то прочтет о смерти Слоан и
выдаст Остина Брауна, где бы он не был.
Я добывала у нее информацию, сколько могла, а потом вернулась в машину с адресом
Поппи в руках. Выехала из Хортон Равин и спустилась с горы на Людлов Бич.
Городской коллледж Санта Терезы стоял на горе напротив, с видом на Тихий океан. Я
проехала еще полтора квартала и свернула на нужную улицу.
Поппи жила в маленьком коттедже, одном из восьми, которые формировали подкову
вокруг зеленого газона.
В Санта Терезе несколько таких комплексов съемного жилья. Хотя и маленькие, каждый
такой коттедж может похвастаться двумя спальнями, гостиной с настоящим камином, кухней и ванной. Полы были паркетными, а на окнах стояли ящики с бархатцами.
Я знаю все это, потому что один коттедж сдавался, и вся информация была в объявлении.
Коттедж Поппи был одним из трех, справа от газона. Я постучала в дверь.
Из окна выглянула соседка.
- Ее нет дома, - прокричала женщина сквозь стекло.
- Вы не знаете, когда она вернется?
Женщина помотала указательным пальцем, чтобы обозначить “нет”, без дальнейших
пояснений.
Я постояла немножко, обдумывая свои возможности. Если Поппи вернется скоро, я могу
подождать, но уже приближался полдень, а мне хотелось чувствовать себя продуктивной.
Я решила не оставлять записки. Я не могла задать вопросы, не встретившись лицом к
лицу, и как обычно, не хотела заранее предупреждать о своем появлении.
Нет ничего хуже, чем дать людям время, чтобы обдумать свои истории.
Пока что, мастерская, где работал Трой, была всего в семи кварталах, так что я вернулась в
машину и поехала туда.
Авторемонтная мастерская находилась в длинном строении, которое в прошлой жизни
было заправочной станцией. Впереди, где раньше стояли бензиновые помпы, была крытая
парковка для клиентов. Бизнес специализировался на хороших импортных моделях: мерседес-бенц, БМВ, ниссан, вольво.
“Заставляем лошадей бежать под вашим капотом” - гласил плакат над входом. Я открыла
дверь и вошла.
Узкий барьер разделял помещение на комнату для посетителей и отделение для персонала, где размещались два стола, два стула на колесиках, принтер, шкафчики и полки.
По ближнюю сторону барьера находились два стула, кофемашина и кулер с бумажными
стаканчиками.
Одна из работающих женщин была среднего возраста, деловая и краткая, без того, чтобы
быть недружелюбной. Ее волосы представляли собой сложное сооружение из локонов и
косичек, которое держалось с помощью заколок в форме бабочек. На одной руке она
носила коллекцию резиновых браслетов.
- Здравствуйте. Я ищу Троя.
- Он на обеде.
- Вы знаете, когда он вернется?
- О, он здесь. Вы найдете его во дворе, за столом для пикников.
Я вышла из офиса и свернула за угол налево, как она показала мне большим пальцем через
плечо. У стены здания стоял большой металлический контейнер для мусора и тележка, наполненная автомобильными шинами. Четыре машины, припаркованные вдоль ограды, были накрыты брезентом.
Я прошла по потрескавшейся асфальтовой дорожке к поросшему травой участку, где
располагался стол для пикника с прикрепленными с двух сторон скамейками.
Трой поставил коробку с едой на квадрат вощеной бумаги. Он расположил сэндвич, гроздь винограда, пакетик с кусочками морковки и овсяное печенье полукругом.
Все это венчалось маленьким картонным пакетом молока, таким, как дают в начальной
школе. Коробка была разрисована персонажами из “Улицы Сезам”: Эрни, Оскар, Большая
Птица и Монстр-Печенька.
Трой засунул в рот остаток сэндвича и запил молоком, пока я приближалась. Его медно-рыжие волосы хорошо смотрелись на фоне синего комбинезона. Он вытер руки салфеткой
и спросил:
- Вам помочь?
- Кинси Миллоун. А вы - Трой.
- Это правда.
Его подбородок и нижняя челюсть были четко очерчены, а небольшие голубые глаза
прятались под бледными бровями. Руки были испачканы машинным маслом, под ногтями
- чернота. Его симпатичная улыбка обнажила слегка неровные зубы.
- Извините, что помешала обедать.
- Я буду есть, если вы не возражаете.
- Пожалуйста, конечно.
Я села за стол и развенулась боком, чтобы перенести ноги через скамейку, которая была
навечно соединена со столом.
Он подбросил виноградину и сделал движение головой, чтобы поймать ее ртом.
