— Вот и всё, — подытожил старший брат. — Аден мертва, старик убедился в этом лично. Честь его не пострадает, можно и успокоиться.
— Угу… — мрачно произнес Виаторр. — Упокоиться, что вернее. Это не конец истории.
— А что там еще? — удивилась я.
— Нэсс Вирфор застрелился вчера вечером у себя дома, — ответил брат. — В записке сказано лишь, что он прожил долгую плодотворную жизнь, умирать дряхлой развалиной не желает, а потому добровольно уходит к дорогим ему покойницам.
— Во множественном числе? — зачем-то уточнил Виалисс, и Виаторр кивнул. — Н-да… переоценил старик свои силы…
— Может, наоборот? Правильно рассчитал? — спросил тот. — И тайна его ушла с ним в могилу… как он полагал!
— После смерти ему уже все равно, — цинично ответил Виалисс. — Не выкидывать же Трикс роман в топку по-настоящему!
— Ну хоть полгода выжди, пусть забудется эта история, — попросил Виаторр, и я кивнула, сказав:
— Там еще править и править. И финал нужен жизнеутверждающий: скажем, пуля разминулась с головой девушки на волосок, а может, она оступилась в критический момент. Отец осознал, какое злодейство едва не совершил, и ужаснулся… Далее следует бурное примирение: она вымаливает прощение, бросает пляски на сцене и становится знаменитой драматической актрисой, а может, выходит замуж и рожает старику внучат… хотя одно другому не мешает. Так лучше?
— Намного, публика любит подобное, — ухмыльнулся Виалисс и вдруг встал и отошел на пару шагов. — Отлично!
С этими словами он бесцеремонно подхватил меня под колени и усадил прямо, а сам сел на пол по другую сторону, скопировав позу Виаторра.
— Положи руки нам на головы, — велел он мне и позвал: — Адита! Адита, ты где?
— Что такое, нэсс? — появилась та в звоне колокольчиков.
— Скажи, мы хорошо смотримся втроем?
— Прекрасно, нэссе! — почмокала та губами. — Прямо как в храме старых богов, где каменная царица сидит на троне, а по бокам лежат львы! Только змеи на голове не хватает вместо короны!
Я свернула шарфик жгутом и повязала им голову. Адита покивала и удалилась, раскачивая внушительными бедрами и довольно намурлыкивая что-то на родном языке.
— Знаешь, — сказал Виалисс, бесцеремонно облокотившись о мои колени, — бросал бы ты свою полицию, братец!
— И чем прикажешь заняться?
— А мы откроем детективное агентство «Виа-Трио!» — захохотал тот. — А что? Трикс?
— Отличная идея, у меня всегда будет материал для книг! — одобрила я. — А то в полиции работа нервная, Тори, вон, у тебя уже лысина проглядывает…
— Где?! — перепугался он, поскольку очень гордился своей шевелюрой.
— Попался, — улыбнулась я, а он встал, отряхивая брюки.
— Говорю же, крокодилы, а не родственники… Как вы себе видите работу этого агентства?
— Очень просто, — ответил Виалисс. — Ты будешь главным. А мы с Трикс…
— …займемся расследованиями, — закончила я, и Виаторр, застонав, с размаху опустился на стул. — Ой-й…
— Да… стул пора переименовывать из драматического в травматический, — философски произнес Виалисс, глядя, как брат с руганью выбирается из обломков мебели. — Что ж ты так неосторожно-то?
— Так, — сказал Виаторр, немного успокоившись и изучив останки стула, несшие на себе следы многочисленных починок. — Вы что, всё это время, когда я бесился… подсовывали мне уже сломанный стул?!
— Ну не целые же портить, — невозмутимо ответила я.
— Короля играет свита, — поучительно сказал Виалисс, подумал и добавил: — И трон.
Мы переглянулись и захохотали на три голоса.
Могучие мужские руки терзали мое тело; то прикасались нежными ласкающими движениями, скользя по умащенной душистым маслом коже, то властно, с силой сжимали, исторгая из моей груди стоны мучительного наслаждения и крики боли…
— На сегодня всё, нэсс, — густым басом сказал Дарифа и напоследок исполнил смачную барабанную партию на моих ягодицах. Ладони у него размером с разделочную доску, так что звук получился звонкий.
— Хулиган, — сказала я, села и довольно потянулась. — Вот спасибо! Как новенькая!
— Ну так, — довольно ухмыльнулся он, подавая мне большую махровую простыню, — еще дед научил… Нэсс всё сидит да сидит на месте, не то что в Джамане. Этакая разминка ох как нужна…
Дарифа тоже приехал с нами из Джамана. Там-то он был на все руки мастером, а тут его руки неожиданно оказались на вес золота — громадный джаманец владел искусством массажа, да не местным, а тем, который практиковали поколения его предков. Разумеется, все мы пользовались его услугами, не запрещая, впрочем, подрабатывать на стороне. К нынешнему моменту Дарифа (не без нашей помощи и протекции, разумеется) открыл собственный массажный кабинет и в очередь к нему записывались за недели, а то и месяцы!
И, вопреки слухам, никаких услуг, помимо лечебных, он не оказывал, считая белых женщин слишком вялыми и худосочными: такую пальцем ткни — сломается, а если не пальцем? Да со всей ифрикийской страстью? Этак любительницу экзотики хоронить придется, и не исключено, что в закрытом гробу…
