– Сколько вам? Двадцать восемь?
– Очень смешно. А вам сколько?
– Шестьдесят два, – признался он. Она и бровью не повела.
– А мне тридцать восемь, – сказала она.
Шестьдесят два плюс тридцать восемь составляет ровно сто, если разделить на два – получится по пятьдесят, самая вершина жизни. Что ж, он согласен на такую арифметику.
– Так почему вы не встречаетесь с женщинами? – спросила она. – Проблемы со здоровьем?
– Да нет, в последний раз когда я проверял, все вроде бы работало исправно.
Она улыбнулась:
– Тогда почему?
– Вы были замужем?
– Не уходите от ответа.
– А я и не ухожу. Так замужем вы были?
– Да. Мой брак продлился пару лет.
– А мой – тридцать пять. Жена умерла в ноябре. И мне по-прежнему кажется, что мы с ней вместе. Освободиться от этого чувства довольно трудно.
– А вы не хотели посоветоваться с психотерапевтом? – тихо спросила Роксана.
– До сих пор у меня проблем не возникало, – сказал он.
Через несколько минут Роксана просмотрела пачку полученных факсов. Последнее присланное Мейбл объявление оказалось в самом низу, и Роксана подала ему лист.
– Хочу попросить вас еще об одной любезности, – сказал он. – Вы могли бы сделать так, будто я уже выехал из отеля?
– Конечно, – ответила она. – Вы снова поссорились с сыном?
– Нет, на этот раз мне надо создать дымовую завесу.
– Считайте, что все уже сделано.
– Большое спасибо.
– Завтра я выходная, – сказала она, когда он уже собрался уходить.
Валентайн вернулся к ее конторке:
– Есть какие-нибудь планы?
Она пожала плечами:
– Отоспаться, посмотреть «мыльные оперы». Может, взять напрокат кино. Давно хотела посмотреть «Мужской стриптиз»[28].
«Мужской стриптиз»? Неужто она действительно хочет видеть, как раздеваются эти английские доходяги? Да, за последнее время женщины действительно здорово изменились. Ему следовало сейчас что-то сказать, но он не был уверен, что именно. Может, предложить ей съесть по чизбургеру, сходить в кино, потом – мороженое? Или такое предложение выглядит несовременно?
– Можно мне вам позвонить? – робко осведомился он.
– Конечно! – Она написала свой номер на гостиничном бланке. – Я знаю в южной части города место, где подают роскошные вегетарианские бургеры.
Вегетарианские бургеры? Это что, оксюморон? И разве он что-то говорил об обеде или ужине? Все, что он попросил, – номер телефона, однако на лице ее сияла такая радостная улыбка, что он не решился ее погасить.
– Звучит заманчиво, – сказал он.
В лифте было полно народа. Валентайн пристроился позади двух афро-американских пар, одетых в майки с надписью: «Холифилд – народный чемпион» – они наверняка приехали сюда со спецтуром. Люди оживленно болтали, воздух был насыщен электричеством того рода, какое бывает только в предвкушении поединка тяжеловесов. Он развернул факс от Мейбл. Она вернулась к тому, что получалось у нее лучше всего, – пародиям на рекламные объявления:
Вниманию любителей секса по Интернету. Надоела одна и та же порнушка? Юные девы больше не услаждают взор вуайериста? Памела Ли[29] кажется старой кошелкой? Бабуля Мейбл готова предложить вам свежее решение. Вот именно: фотки обнаженных старушек! Не смейтесь – когда-то они возбуждали ваших отцов и дедов! Достаточно выслать 5 долларов по адресу: Абонентский ящик 1005, Палм-Харбор, Флорида, 34682.
– Мейбл, Мейбл, Мейбл, – минуту спустя говорил он в телефонную трубку. При этом он снова разглядывал себя во вделанном в потолок зеркале. – Имей в виду, к Джерри и ко мне это никакого отношения не имеет, но ты не должна посылать им это объявление.
– Еще как пошлю! – упорствовала она.
– Я не говорю, что это не смешно – это ужасно смешно, наверняка народ просто укатается от смеха.
– А в чем тогда дело? – раздраженно спросила она. Поскольку он не перезвонил сразу же, как обещал, она отправилась на улицу покормить птичек, и сейчас в ее голосе слышалась одышка – ей пришлось бегом возвращаться в дом. – Боишься, что твой сын может перехватить у тебя твои функции?
Валентайн уставился на телефон. Он вдруг вспомнил вопрос Роксаны по поводу характера их отношений.
– Ты на меня сердишься? – спросил он.
– Да.
– Прости, пожалуйста, – с чувством произнес он.
– Ладно уж. Так что на этот раз тебе не нравится?
– Ты нарушаешь закон, вот что.
Она даже задохнулась от возмущения.
– Может, объяснишь? Или это твоя версия китайской пытки?
– Ты дала в объявлении номер настоящего абонентского ящика, и у почты могут возникнуть проблемы. Они могут даже оштрафовать тебя.
– Как-нибудь переживу!
Если какой-нибудь кретин действительно пришлет тебе чек, это уже будет нарушением закона о почтовых отправлениях, мошенничеством. У тебя нет криминального прошлого, так что на первый раз это тебе, может, с рук и сойдет – всего лишь полгода условно и несколько сотен часов общественной работы где-нибудь в библиотеке. А в газетах наконец-то появится твоя фотография – точнее, фотография, сделанная в полицейском участке.
– Ты это серьезно?
