По дороге, Елена рассказывала о присутствующих, о тех, кого знала. Этот отвечает за обеспечение тыловых служб, тот за связистов, третий за ПВО и ПРО, какие-то командующие теми или иными военными округами. Есть люди из Минфина, из Правительства и из Дипломатического корпуса. Все такие важные и серьёзные…
Когда подошли к столам, понял, что не сильно голоден. Съел пару канапешек, пару жареных рулетиков с сыром и беконом, да пощипал виноград.
— Что-то напитков не вижу — Обратился я к Агате.
— Так вот… — Жуя, указала она на графины с соком.
— Да не, я про алкоголь.
— Вон, через два стола вино стоит. — Качнула она головой в нужном направлении.
— А пиво? — Уточнил я, разглядывая стол полный бутылок с вином и бокалов, удивляясь, что не заметил его сам.
— Только различные вина. — Ответила мне Елена.
— Ладно. Пойду налью… — Хотел было отправиться в том направлении, но был остановлен.
— Сама налью. — Возразила Елена, и глянув как-то странно на Агату, отправилась за вином.
— Мне красное! — Крикнул ей в вдогонку.
Принесла она, как я и просил, красное, но есть нюанс… Она его разбавила, сильно! Фактически до состояния розовый… На мой вопрос, зачем, ответила, что с минуты на минуту обращение Президента, и неприлично появляться на нём с алкоголем в руках.
Не знаю, как это связано с разбавлением, но приставать с расспросами не стал. Просто я поймал на себе какой-то странный взгляд со стороны, после чего подумал что наверное опять бубню, и прикусил губу.
На обращение успели в последний момент. Хотя, главное, что вообще успели, так ведь? И против своей обыкновенной привычки, слушать в полуха, в этот раз, решил слушать внимательно — как-никак, обращение Президента…
Добрый день! Уважаемые, дорогие друзья!
Сегодня мы чествуем выдающихся граждан России, чье беззаветное служение Отечеству оказало заметный вклад в развитие союзнических отношений с новым государством.
Благодаря вам создаётся история достижений, которыми мы восхищаемся и гордимся в этом мире. Достижения, которыми будем гордиться в новом, виртуальном мире. Укрепляется основа для движения вперёд, для проекции в новый мир лучших традиций, которыми славится наша страна.
Своим служением, дорогие друзья, вы доказали и доказываете каждый день, какой сильной движущей силой, во всех мирах, обладает любовь к Отечеству.
Дорогие друзья!
Сопричастность судьбе родной страны, готовность защищать национальные интересы всегда отличали характер русского народа.
Мы гордимся доблестью и отвагой, смелостью и решительностью участников войсковой операции по принуждению к миру. Отдаём должное мужеству и отваге всех бойцов.
Среди тех, кто защищает будущее нашей государственности, — воины из разных республик и регионов страны. Все они вместе сражаются за Россию, за её интересы.
Для меня большая честь объявить вам, уважаемые, дорогие друзья, о награждении достойных из вас. Награждение пройдёт в Екатерининском зале кремля.
Искренне поздравляю всех вас, дорогие друзья, всех. Желаю вам здоровья, благополучия и новых свершений.
Благодарю вас за внимание.
Что я ждал от речи Президента? Не знаю. Но это казалось важным, раз все так много говорили. На деле же пшик, даже разочаровался немного. Или я чего-то не понимаю, и там было сказано что-то важное? На мой вопрос Агате, что ради этого был такой ажиотаж, она равнодушно пожала плечами, и предложила пойти выпить. Я глянул на Саныча, взявшего слово, в продолжение официальной части банкета, и согласился на выпивку.
Предложение Агаты, как оказалось, пришлось по душе не только мне, но и Елене. И даже пара генералов, стоявших рядом, понимающе ухмыльнувшись, сами направились к столам с вином. Наш, с этими генералами путь, пролегал в одном направлении, да и пошли мы с ними одновременно, наверное поэтому они решили познакомиться со мной.
— Вы, молодой человек, кем будете? — Спросил генерал лет пятидесяти с тонкой полосой шрама по подбородку.
— Представитель Литоруской Империи. — Решил я так себя обозначить, после короткого обдумывания.
— Так ты тот псих, о котором эти штабные говорят! — С усмешкой воскликнул второй генерал, неопределённого возраста. Вот честно, я бы сказал тридцать лет, если бы не абсолютно белая от седины голова. И несколько шрамов на лице и шее не облегчают задачу определения возраста.
— Я не псих! — Стало мне обидно.
— Не переживайте, Сергей, от него, это скорей похвала. — Заулыбался взрослый генерал. — Он же сам ещё тот псих…
— И это говорит «генерал сумасшествие»! — Воскликнул молодой седой генерал, закатив глаза, после чего заржал, на пару со вторым.
