— Раз уж работы идут, — сказал я с оптимизмом, — опередить на шажок не будет такой уж крамолой.
Из-за угла показался освещённый слабым светом газового фонаря мой дом на Невском, я ускорил шаг, а в голове раздался гулкий мощный бас Шаляпина:
— Шеф, сведения из кабинета Рейнгольда. Изволите восхотеть?
— Давай, — сказал я со вздохом. Реальная жизнь нагло вламывается в мою красивую, где всё хорошо и правильно. — Тебя не заметили?
— Нет. Кабинет на третьем этаже, там даже на окнах нет решёток.
Перед моим внутренним взором задвигалось изображение. Комнату я узнал, был там недавно.
Рейнгольд, несмотря на позднее время, всё ещё в наглухо застегнутом мундире, работает, темп всему чиновничьему аппарату задаёт сам император.
Дверь неслышно распахнулась, вошёл тот самый лакей, что точно не лакей, повадки не те, заговорил с порога:
— Ваше сиятельство, прошу прощения, но срочные новости, как вы и велели.
Рейнгольд вздохнул, отодвинул чуть бумаги по столешнице и потёр пальцами усталые глаза.
— Что-то у меня от нынешних новостей сердце болит, — сказал он тусклым голосом. — Давай, выкладывай.
— Мы ожидали нападения на Вадбольского, наши службы попытались его охранять, но он как-то ушёл от нашего наблюдения…
Рейнгольд вскипел, вскочил, лицо налилось тёмной кровью.
— Что?.. Значит, наёмники Долгоруковых его перехватили?
Пётр, как Рейнгольд называл в прошлый раз этого служаку, вздохнул, развел руками.
— Наше упущение, ваше высокопревосходительство. Хотя не представляем, как он это сделал, но как-то сумел.
Рейнгольд прорычал:
— Я выделил из личной охраны троих лучших сыскарей! И никто не заметил, когда он исчез?
— Он нарушил обещание не покидать автомобиль, — возразил Пётр. — Вышел на тёмной улице, свернул в ещё более тёмный переулок… Люди Долгоруковых успели за ним раньше. Десять человек!.. Ну, точно не скажешь, что именно люди Долгоруковых, у них никаких бумаг, значков, ничего такого, что указывало бы на Долгоруковых.
Рейнгольд помассировал левую сторону груди, уже почти не слушая Петра, но сейчас насторожился.
— Но кого-то из наёмников удалось задержать? Желательно у трупа?
Пётр удивился.
— Какого трупа?
— Разве Вадбольский не убит?
Пётр широко заулыбался, понимая, что проваленное задание сейчас смотрится не таким уж и страшным.
— Убиты все напавшие. Застрелены, считай, в упор. Стрелял кто-то очень умелый. А через два часа на выходе из ночного клуба «Весёлый Стрелец» был застрелен Кирилл Долгоруков, шалопай и прожигатель жизнь, бретёр и дуэлянт, третий по старшинству сын из боковой ветви Долгоруковых, заядлый картёжник, один из тех, кто громче других клялся в ненависти к Вадбольскому, и обещал стереть его в порошок и заставить страдать перед смертью.
Я выругался:
— Вот же чёрт!..
— Верно сказали, шеф, — отозвался Шаляпин.
— Да это я поскользнулся на ступеньках, — ответил я рассерженно, — лёд скалывать надо, дворника уволю!.. Так и ногу сломать можно. Ты продолжай, продолжай!
Он сказал с восхищением:
— Но вы красиво упали, шеф!.. Столько пируэтов, чемпион мира бы позавидовал!.. И вскочили легко, словно с батута. Если что, вам можно в балеруны! В общем, дальше…
На красочной картинке Рейнгольд тяжело вздохнул, снова потёр усталые глаза.
— Так и знал, что закончится чем-то вроде…
— Что Вадбольский вывернется?
— Ничего хитрого не было, — сказал Рейнгард раздраженно. — Долгоруковы давно разучились хитрить, когда есть сила и власть, мужчины не хитрят. Как ни искали, но нигде не могли найти Вадбольского, а на заключение помолвки сам пришёл! Понятно, что его ждало на выходе. Но Вадбольский хитрый жук, тоже всё это понимал. И если явился, то явно придумал что-то совсем уж хитрое.
Пётр пробормотал озабоченно:
— Но как-то слишком уж быстро…
Рейнгольд сказал с одобрением:
— Хорошо соображаешь. Так быстро собрать группу и послать в ответ на устранение кого-то из рода противника… У него что, свой телеграф?..
— Очень быстро, — согласился Пётр. — Как он знал, где удастся подловить этого картёжника… Или ещё до покушения на себя заранее подготовил?
— Похоже на то, — согласился Рейнгольд. — Он знал, что Долгоруковы устроят на него покушение, и заранее приготовил адекватный ответ. Хорошо просчитал! Не хотел бы я такого иметь в противниках!.. Захватить никого не удалось?
Пётр сказал со скрытым одобрением профессионала:
— Вадбольский, если это он, свои операции проводит чисто. Выстрел из ниоткуда, и Долгоруков-младший валится в снег… хотя там снега уже нет, одна грязь, валится с простреленной головой. И никаких следов. Есть предположение, стреляли либо с крыши здания, либо из окна дома напротив.
Рейнгольд отмахнулся.
— Ну да, это всегда предполагают. Но даже стреляной гильзы не находят. С Долгоруковым кто-то был?
— Две женщины очень лёгкого поведения. Но в ночи, особенно после ярких люстр банкетного зала, ничего не увидели, только звук выстрела, и их богатый меценат сунулся мордой в снег. Подумали, что поблевать решил, выпито много, но потом кровь… Завизжали и убежали.
— Так-так…
— Ваше сиятельство?
