Кажется, чтобы написать такое озорное, жизнерадостное стихотворение, нужно достаточно хорошо разбираться не только в «котской», как выразился Вадим, но и в человеческой психологии. То есть, конечно, вы понимаете — нужно знать, как чувствует себя хозяин вот такого вот безответственного кота-разбойника. Хозяйки милых и смирных кошечек нас, разумеется, не поймут! Однако надеюсь, что и не осудят…
— Последний год морально был очень тяжелым, — рассказывает Надежда Дмитриевна. — В самом начале февраля 2013-го похоронили Виталия Борисовича, отца Вадима. Дома стало непривычно тихо, одиноко, я плакала все дни… Но я знала, что вечером Вадик придет с работы и утешит и всё по дому сделает. Он мне все время говорил: «Мамочка, не спеши, только не упади! На улицу старайся одна не выходить! Мамочка, я всё сделаю сам!» Он очень волновался за меня, потому что в 2003 году я упала и сильно повредила позвоночник; теперь он постоянно меня оберегал, жалел всегда. Сейчас и огород весь был на нем: сам убрал, перекопал, осенью подкормил ягодные кусты золой — говорил, что не хватает калийных удобрений. Кусты у нас старые — думала, что уже совсем пропадут, а они в нынешнем году так разневестились, столько ягод! В последнее время мы печку топили дровами, экономили газ. Вадик очень по-хозяйски распоряжался, говорил, я помню, как дедушка в деревне делал — и тоже так буду. Он ведь раньше в частном доме почти и не хозяйничал — слишком рано ушел от нас, жил в квартире, а теперь ему пришлось жить здесь и всем этим заниматься…
— Последний год мы с ним тесно общались и по нашим «земным» вопросам — у меня был опыт в создании бездрожжевого хлеба, — и, конечно, по духовным, — вспоминает отец Николай. — Исповедовался он у меня, может быть, и нечасто, но — как получалось… В то время у него были проблемы семейного характера, а после смерти отца ему нужно было больше внимания маме уделять.
Светлана, двоюродная сестра Вадима, вспоминает:
