— Максим, мы тебе должны. — Подходит Доржат. — Наши духи стали намного сильнее. И очень быстро. Ты сможешь помочь другим нашим товарищам?
Вот ребята вообще не заморачиваются.
— Не знаю, Доржат. До бала у меня точно больше времени не будет. А после — давай к этой теме вернемся отдельно, а? Найдешь меня, обсудим. Сейчас даже непонятно, как амулеты будут оплачены государством.
— Треть твоя, — пожимает плечами Доржат. — Сколько бы не заплатили. А амулеты мы скоро сделаем. Не переживай.
Обратная дорога выходит несколько странной. Точнее общий фон.
С одной стороны, мы вроде бы даже победили. Гнездо уничтожено, с ксеносами накоротке сходимся, общую силу тварей маги себе теперь представляют. Вроде цели, что ставил император выполнены. Вот только тут есть нюанс. И даже не один.
Гнездо — слабое, и победили, так сказать, по очкам. Бой же лицом к лицу с ксеносами — редкость, чаще один человек против тридцати, скажем, существ. Или десяти, или трех. Но редко один на один. Или просто схватка из засады. Так что и этот результат не очень релевантен. Сила у ксеносов? И тут я бы поспорил. Каждое гнездо развивается по-своему, и вот похожий бой повторить второй раз будет очень сложно. Но какое-то представление получаем, конечно же.
А ведь Михаил Александрович доволен. Не потерями, конечно же, но общим результатом доволен. Скорее всего, он что-то в схватке с маткой гнезда для себя вынес.
Шаманы все вообще почти счастливы. Это понятно по фону. Так то они вроде бы держат невозмутимые лица. Их духи действительно намного, получается, усилились, и за небольшой промежуток времени. А я помню — это сложно. Чем выше уровень — тем сложнее.
Даже инквизитор доволен походом. Мало того, что очень удачно поучаствовал, так еще раскрутил небольшую загадку с магией химерологии, на которую нервно реагировало его начальство. Понятное дело, теперь будет строить на меня планы. Ну-ну.
Да и я, если по-честному, результатом почти доволен. Уничтожено одно гнездо. Никто из близких мне людей не пострадал. Я получил целых три кристалла, которые можно использовать в татуаже. Да и просто кристаллов для прорыва набрал очень даже много. Не знаю, были ли в моем прошлом псионы, на рост которых использовали бы столько заемной силы.
С другой стороны, вред от прорыва таким образом я пока тоже спрогнозировать не могу, так что пользовать это я буду, но все же не в таком объеме. Да и время есть. Недели на две-три я спокойно могу эти кристаллы отложить. И даже так, у меня все равно останутся кристаллы гвардейцев, и радужный. А пси в них я пока даже перекачать не всю могу за вменяемое время. Не то, что полностью использовать.
А вот абсолютный щит я проверить не успеваю. Что, может, и к лучшему. Все же против ксеносов особой помощи от него и не было бы. Да и «скрыт», да и просто «невидимость» против тварей действует лучше.
Ладно, где его проверить — я знаю точно. Но это чуть позже.
— Борис Васильевич, — решаю уточнить на первом же привале обращаюсь к Кошкину. — У меня вопрос есть, как раз про магию, в формате ученичества.
Особенно никто на нас внимания не обращает. Император возится с пострадавшими больше. А когда я поймаю Кошкина в следующий раз тоже тот еще вопрос.
— Давайте, Максим. — Кошкин тоже в крайне хорошем расположении духа. Все же в той свалке, в которую за секунды превратилась вроде бы уже выверенная схватка, его девушка не пострадала, да и победу в принципе получилось себе на счет записать.
— Среди всех, когда император отпустил свою силу, наряду с Повелителями, и инквизитором, только вы не отреагировали на его давление. Расскажете почему?
— Более того, даже научу. Собственно, именно это отличает меня, или Анатолия Филафеевича, моего учителя, от классических магов. Ну и вас будет. Или уже отличает. Очень хорошо, что вы это заметили сами.
— Неожиданно.
— Да нет, ничего неожиданного. Просто это маленькое отличие могут относительно легко сформировать далеко не все. Вот скажите, чем я принципиально, отличаюсь, ну скажем от любого нам известного мага? Бывшего ректора например, или от ребят из звезд? — кивает на эрзац лазарет из приходящих в себя магов. К некоторым царь даже не приступал с лечением. Они так и лежат под стазисом.
— Ну у вас конструкты нестандартные, — пожимаю плечами.
— Нет, Максим, это следствие. Основа другая. Видите ли, вы, как и мои другие потенциальные ученики, вполне способны сформировать себя как центр осознаваемой вселенной. Вот такое простое отличие. Я, в свое время, прошлому ректору отказывал обучать его протеже не потому, что такой принципиальный, а потому, что его люди этого сделать неспособны. Вот так все просто. И поэтому для них — только хоженые тропы, только вылизанные формулы. А для вас — новые горизонты.
— Хм. Не очень понятно, Борис Васильевич.
