"Вахта" — острая социальная драма в фантастических реалиях. Что делать мужчине, когда жизнь пошла под откос? Как возродить себя? Паша пытается спрятаться, убежав за тысячи километров. Но есть вещи, от которых не уйти, как бы ты не старался. 2018 год, секретный завод, двадцать дней, чтобы победить своих внутренних демонов в битве, которая, как кажется, давно проиграна. Содержит нецензурную брань.
Зачем люди уезжают на вахту?
Я налил себе рюмку водки и быстро её опрокинул.
Давайте знакомиться. Меня зовут Паша, хозяин старой хущевки по адресу улица Щорса 22. И сейчас я держу круговую оборону на маленькой кухне от надоедливых домочадцев. На столе стояла водка, и полная рюмка. Я подцепил ножом кильку и жадно ее слопал. Еще одна жертва пьяной битвы. Помянул ее водкой, повторил ритуал с рыбой. Я пил уже несколько дней, в последнее время это стало настоящей привычкой.
В пепельнице лежала сигарета. Клубы серого дыма отрывались от её кончика и медленно поднимались вверх, мимо желтоватых обоев к темному в разводах потолку. От удара они медленно расползались в разные стороны, оставляя за собой небольшой мутный ручеек.
Бутылка была уже почти пустая, я встал и направился к старому холодильнику «Бирюса» в поисках новой емкости со «спасительным нектаром».
Нужно быть начеку. Но как я ни готовился к встрече с «противником», заметить его появление сразу не удалось. С порога кухни на меня с укором смотрела мама. А затем она строгим голосом начала беседу:
— Паша, может, пора остановиться, тебе завтра на работу.
Я повис на дверце холодильника. Затем попытался сфокусировать глаза на собеседнице и непослушным языком произнес:
— Ой, мама, хватит меня учить. Я выпил совсем чуть-чуть.
Я всегда был крепким на алкоголь и мое «чуть-чуть», для окружающих понятие крайне растяжимое.
— А это кто тогда выхлебал? ― она слегка пнула пакет, полный пустых бутылок. Раздался звон, немного взбодривший мой заманенный разум. Я отшатнулся от холодильника и неровной походкой добрался до стула, и, немного покружив, тщательно примерившись, плюхнулся.
— Паша, посмотри, на кого ты похож! опухший, небритый, глаза впали, грязный весь. Дети уже боятся тебя.
— А я это ради них и делаю.
— Пьешь ради них? Ты бы…
— Работаю ради них! ― пьяным рыком разнеслось по кухне.
— Ты меня не перебивай. Ты бы ради них, лучше, бросил пить. Привел бы себя в порядок. Детям нужен нормальный отец. Они же кроме твоей пьяной рожи уже ничего и не видят.
— У них еще есть и мать.
— Да забудь ты про Маринку свою. Паша, я не вечная. Умру, кто о тебе и детях позаботится? Приводи себя в порядок и налаживай жизнь, найди женщину, сделай в доме ремонт.
Я не выдержал и перешел на крик.
— Кому я нужен с двумя больными прицепами?
— Не смей так говорить про детей!
— Что, я не прав? Думаешь, только они больны? Из-за них я тоже умираю. Вынужден горбатиться не покладая рук. И не смей трогать Марину, она еще вернется сюда.
— Сдался ты ей! Все, нет твоей святой Марины, убежала. Забудь. Сынок, ты же себя губишь.
— Это они меня губят, — я головой указал в сторону зала.
— Я тебе сказала, не смей так говорить о детях!
— Зато я никого не обманываю.
— Эх, Паша.
— Да, что ты заладила Паша, Паша! Что?
— А то, Паша, что воспитала я негодяя, бесхребетного негодяя.
— Я негодяй, а сама-то ты кто?
На ее глазах выступили слезы. Она покачала головой, развернулась и вышла из кухни, громко хлопнув дверью. Я не остался в долгу, в дверь полетела стеклянная чашка. От удара она разбилась, издав характерные звуки. Я продолжал рычать.
— Она ушла, она ушла…
Я проснулся рано утром в своей кровати. Совершенно не помнил вчерашний день. Голова раскалывалась, во рту стоял стойкий привкус перегара. Слегка пошатываясь, добрался до ванной. Внимательно осмотрел в зеркале небритое отражение и принял решение не бриться. Мой образ жизни уже невозможно скрыть под личиной опрятности.
— С лица воду не пить.
Я залез под холодный душ. Привычка и последний оплот на пути к окончательному оскотиниванию. Удары воды о ванну эхом отдавались в осколках головы. Водные процедуры заняли десять минут. Из кухни по коридору тянулся аппетитный аромат.
На столе стоял горячий завтрак: бутерброд и глазунья с колбасой.
— Доброе утро, — не отрываясь от раковины с посудой, сказала матушка.
— Доброе, мама.
— Таблетки на столе.
Я еще раз осмотрел стол, у стакана с водой лежали две красные таблетки. Конечно, холодное пиво помогает лучше, но это позже. Сейчас бы немного прийти в себя и добраться до работы. Сегодня, наконец-то уезжаю на вахту. Хотя бы до проходной нужно выглядеть пристойно. А там уже…
— Я сегодня повезу Олега в больницу. Лекарства подорожали.
— Возьми в сахарнице. Там должно было остаться. Все для детей, все для них.
— Паша, им нужны не только деньги, но и твое внимание. Нам нужен сын и отец.
— Мама, только с утра не заводи шарманку. Вот вырастут, заведут свои семьи, пойдут работать и все поймут. Лучше скажи, сколько денег нужно откладывать теперь?
Она вздохнула.
— Десять тысяч плюсом.
— Десять! Придется брать дополнительные смены.
— Не пришлось, если бы кто-то не пил на работе и кого-то не понизили до старшего звена.
