Он и сам испытал страх, но теперь к нему возвращалась уверенность, а вместе с нею и незнакомая сила, дающая право повелевать. Он словно бы получил сигнал с небес — о том, что он лорд Валентайн, что был Коронованным, что Горный Замок — его владение, что он вернется туда, если будет за это сражаться.
В него вдруг хлынула страсть к власти.
Даже здесь, в этой дождливой и такой далекой от центра стране, в ее городе, похожем на деревню, здесь, одетый в грубую одежду странствующего жонглера, Валентайн почувствовал себя тем, кем был когда-то; и хотя он не совсем еще понимал, какая метаморфоза произошла с ним, он больше не сомневался в реальности посланий, пришедших во время сна. И он принимал знаки почести, как и подобает Коронованному.
— Встаньте, — повелел он. — Все встаньте! Нам нужно уезжать отсюда. Шанамир, иди запрягать животных. Залзан Кавол, готовь фургон. Всем вооружиться энергометами, ножами — чем угодно. Проследи за этим, Слит.
Залзан Кавол отважился на ответ.
— Милорд, во всем этом привкус сна. Подумать только, я все это время путешествовал с… Я грубо разговаривал…
— Сейчас нет времени говорить об этом, — оборвал его Валентайн.
Он повернулся к великанше, бормочущей что-то про себя. Руки ее тоже не могли остановиться. Валентайн не мог уже сдерживать свою властность.
— Ты нанималась только довести нас до Илиривойна. Но сегодня нам нужна будет вся твоя сила. Ты останешься с нами?
— Они показывали тебе знак сверкающей звезды… — бормотала Лизамона. — Они все встали на колени перед тобой…
— Я был недавно лордом Валентайном из Горного Замка, — сказал он, останавливая ее бормотание. — Поверь этому как можно скорее. Королевство попало в опасные руки. Останься со мной, женщина-воин, когда я поеду на восток страны восстанавливать справедливость.
Лизамона — прижала громадную руку ко рту и ошеломленно смотрела на Валентайна. Потом что-то заставило ее склонить сначала голову, потом и спину в поклоне, но он схватил ее за локоть и не дал опуститься на колени.
— Сейчас этого не нужно, — крикнул он. — Пошли отсюда!
Жонглеры быстро собрали свой инвентарь и поспешили к фургону, который находился на другом конце города. Шанамир и Карабелла ушли вперед скандары шагали шеренгой, земля дрожала от их дружной поступи. Валентайн ни разу не видел, чтобы они шли так споро, он и Слит буквально бежали за ними. Кривоногий медлительный Виноркис изо всех сил старался не отстать. Позади топала ножищами великанша. Она подхватила Делиамбера под мышку, в правой ее руке был обнаженный меч.
Когда они приближались к фургону, Слит спросил:
— Мы освободим пленника?
— Да! — коротко ответил Валентайн.
Он остановился и дал знак Лизамоне следовать за ним. Она отпустила карлика Делиамбера и пошла за Валентайном.
Втроем, он, Слит и Лизамона, побежали к площади. К их радости она была пуста, только группка стражников дежурила у клеток. Все три яруса были на месте. На самом верху стояла клетка с синекожим пришельцем. Не дав стражникам опомниться, великанша схватила сразу двоих и, раскружив, швырнула их далеко на площадь.
— Не убивай, — предупредил воительницу Валентайн.
Слит с ловкостью обезьяны вскарабкался на самый верх и острым ножом начал резать толстые деревянные прутья клетки. На это ушло не более пяти-шести минут. Клетка открылась.
Чужак выбрался из нее и начал растирать затекшие ноги. Потом вопросительно поднял глаза на своих освободителей.
— Пойдешь с нами, — сказал Валентайн, — наш фургон недалеко за площадью. Ты понял, что я сказал?
— Я понял, — ответил чужак.
Голос его был звучным, с резким щелканьем на каждом слоге. Ничего не сказав больше, он спрыгнул на землю; Лизамона укладывала остальных, оглушенных ею метаморфов, в небольшой штабель.
Валентайн достал свой нож и стал резать прутья на ближайшей клетке с лесными братьями. Маленькие руки ухватились за надрезанное дерево и помогли ему.
Сверху спрыгнул Слит и взялся за следующую клетку. Через несколько минут все клетки были открыты, лесные братья кинулись из них в темноту.
На пути к фургону Слит спросил:
— Зачем ты это сделал?
— А ты поступил бы иначе? — ответил Валентайн, — Они тоже хотят жить.
Фургон был готов к отъезду. Последней подошла Лизамона. Она захлопнула за собой дверь, Залзан Кавол погнал животных.
И как раз вовремя: с дюжину метаморфов, появившихся у клеток и понявших, что случилось, бросились вдогонку. Залзан Кавол прибавил скорости.
Преследователи отстали, темнота скрыла их. Фургон въехал в джунгли.
И все равно Слит оглядывался и оглядывался.
— Они должны непременно преследовать нас! — повторял он.
— Не догонят, — успокаивала его Лизамона. — Они не знают повозок. Мы уже в безопасности.
— Мне бы твою уверенность, — не доверял великанше Слит. — А что если они обойдут нас и перехватят где-то впереди?
— Да что ты трясешься, как заяц! Мы едем достаточно быстро.
И все-таки ее передернуло.
— Упаси нас боже, чтобы мы еще хоть раз попали в Илиривойн!
Все замолчали, прислушиваясь к звукам, окружавшим их.
