В какой-то момент Кейтаг огласил нестерпимый, ужасающий рев невидимого монстра и наступила тишина…Вдалеке медленно, черное марево начало рассеиваться, открывая руины на месте бывших построек и огромную брешь в магическом куполе. Никаких монстров от сюда видно не было, лишь нескончаемый поток раненых и трупов. Нападение закончилось так же быстро и внезапно, как и началось.
Новый звук горна, огласив округу, оповестил жителей, что бояться больше нечего. После этого на улицах стали появились первые помощники из простолюдинов. С их появлением всех пострадавших удалось быстро доставить до временного госпиталя и лазарета, что располагался в западной части города.
Водные маги останавливали бушующий огонь, уже уничтоживший до основания несколько десяток построек. Словно живой он простирал свои лапы для новой пищи своей ненасытной утробы. Но воздвигаемые водные стены преграждали ему путь и постепенно загоняли в угол…
Когда с раненными и огнем удалось немного разобраться в Кейтаге начались скорые восстановительные работы трех разрушенных до основания магических башен. Без них невозможно было полностью восстановить защитный купол. Холод наступающей ночи уже начинал ощущаться у реки, но помимо этого стоило опасаться и возвращения Замарта с приспешниками. Оставалось надеяться лишь на то, что ночью он не рискнет сюда сунуться, из-за просыпающегося правителя Кейтага…
Когда небо потемнело, а Янтрэя скрылась за горизонтом, ученики как и было велено направились к школьным зданиям. Измотаны оказались все, но несмотря на это и голод, им пришлось стоять у спального здания и ждать сначала, когда все соберутся, а затем когда придёт Жианна. Многим казалось, что этот день никогда не закончится. И мало кто понимал, что утро может принести еще больше бедствий, чем есть сейчас. Несмотря на все физические нагрузки, дворянские отпрыски привыкли к комфортному существованию и мало кто из них планировал после окончания школы использовать полученные знания и силы для военных действий. Обучение было престижно и конечно с полученной силой было проще управлять подвластной чернью.
В ожидающей Жианну толпе, наставников практически не было, а те что имелись, повторяли, что надо ждать распределительницу и остальных. От куда-то из толпы, рядом с Трэном возникла рыжая фурия. Ее глаза возбужденно сверкали по неизвестной причине. Схватив юношу за руку, она резким движением вытащила его из окружения первогодок, за спины учащихся.
— Чего тебе? — Ее выходки уже давно начали бесить и ее новая идея скорее всего опять не принесет ничего хорошего.
— Подлечи. — Скомандовала она и не дожидаясь согласия, расстегнула кожаную куртку и обнажила обожженную шею и плечо. Рана казалась очень серьезной, были видны поврежденные мышцы и даже ключичная кость.
— …Ты…. почему никому раньше ЭТО не показала? — Ни его суровый голос, ни безумно сильная боль не стирали с ее лица это гадкое перевозбужденное и счастливое настроение.
— Сможешь вылечить? — Такая реакция в поведении, наверное была вызвана болевым шоком, больше никак не объяснить «это счастье».
— Убери всю ткань из раны. — Она послушно отодрала прилипшие останки шелковой блузы, даже не поморщив нос. После этого Трэн достал из-за спины посох и драконьей головой приложил к ее ране. Серебристое сияние окутало плечо и шею и послышалось легкое шипение.
— Ау! — Теперь она решила покапризничать из-за боли, вызванной удалением верхнего слоя раны, поврежденного и отравленного.
— Терпи! Терпела раньше, запустив рану, значит и сейчас сможешь. И вообще у тебя из-за твоей дури, сильное заражение «этим» ядом…
— Не учи меня… — Закусив губу и морщась, она сдерживала явные слезы от боли, всю прежнюю веселость теперь как рукой сняло. Значит это был не болевой шок, а действие яда, оно лишало страха и тем самым блокировало инстинкт самосохранения. Из-за этого раненый не успокаивался пока не изводил себя до смерти. К такого рода раненым, там в городе, Возорий Трэна не подпускал, они были опасны пока действовал яд.
«Как же она смогла от части, сохранить рассудок? Может сохранять нечего?» — Возникла мысль в его голове.
— Еще потерпи. — Миролюбиво произнес юноша.
— Ты меня жалеешь…Ты….
— Да… Все. Сейчас легче будет. — Он уничтожил последние остатки яда из крови и нервных окончаний, и по ее телу расползлась легкость и безмятежность. Боль и перевозбуждение, а также бешено вырабатываемый адреналин ушли прочь. Девушка пошатнулась, от резко нахлынувшей слабости и обессиленно начала падать на Трэна. Перехватив посох левой рукой, он поймал ее.
— Позор какой… — Теряя сознание, возмутилась она.
— Донесешь в лазарет? — От внезапно возникшего голоса Возория за спиной, юноша вздрогнул, а затем обернувшись согласно кивнул.
— У нее ничего серьезного. К утру должна оклематься. — Нагло соврал он.
— Замечательно. Тогда беги, там осталась одна дежурная помощница лекарей. Остальные в городе, она не маг, так что если что подсоби.
