Дело постепенно шло к вечеру, вокруг стало заметно темнее и прохладнее, но для запланированного мною действа это было даже хорошо. Получив еще две минуты свободы, я оперативно замотал топор купленной тут же тряпкой, с рвением истинного стахановца приколотил друг к другу первые несколько досок, однако довести работу до конца не сумел — чертова ящерица вернулась и мне вновь пришлось затаиться.
Пошел мелкий хрупкий снег. Количество утомленных однообразной картинкой зрителей начало уменьшаться.
Я во второй раз продемонстрировал аудитории большой палец, дождался новой отлучки василиска, после чего сколотил-таки вожделенный ящик. Тот оказался именно таким, каким нужно — на первый взгляд, туда с легкостью помещались все пятьсот стандартных емкостей со смолой. Четыреста — уж точно.
— Почти готово, ребята. Времени, к сожалению, ни хрена нет, так что воевать будем еще через полчаса. Можете погулять, если что, но через тридцать минут бегите обратно. Уже совсем скоро.
— Спасибо, дружище, постараюсь…
Ближе к решающей битве меня охватил легкий мандраж — профукать львиную долю накопленных ресурсов и выставить себя на посмешище перед целым сервером было действительно страшно. Тем не менее, в нужный момент посторонние мысли все же отодвинулись куда-то на задний план, уступив место сосредоточенности.
— Начинаем.
Первый лот вернулся с аукциона, я торопливо опустошил берестяные лоханки в шатающийся на неустойчивой опоре ящик, сбросил ненужную тару со скалы, мысленно поблагодарил разработчиков за то, что вытопленная кустарным методом смола по консистенции напоминала густой кисель, забрал с торгов следующий лот, следующий…
— Ага, щас, — пробурчал я, еще больше взвинчивая темп. — Три ошибки, едрена вошь…
Вдалеке тревожно качнулись верхушки деревьев, но главная работа уже была закончена — последние ведерки улетели ко мне за спину, а наполненный почти до краев ящик замер в шатком равновесии. Я притаился возле него, терпеливо дождался, пока внизу стихнет возня, осторожно выглянул из-за края площадки — и рассмотрел дрыхнущего точно подо мной монстра.
Время для эпического подвига наконец-то пришло. Зажечь смолу можно было несколькими способами, но мне приглянулся наиболее экстравагантный и самый тихий из них — я достал лук и завалявшуюся в рюкзаке огненную стрелу, сделал формальный выстрел в мутную поверхность драгоценного ресурса, увидел разошедшуюся по ней волну пламени, после чего отбросил в сторону ставшее ненужным оружие и всем телом навалился на стенку ящика. Тот пошатнулся, жалобно скрипнул, а затем свалился с обрыва, окатив дремлющего босса потоком горящей смолы и крепко приложив его по темечку одним из углов. Я запечатлел в памяти этот восхитительный момент, услышал наполненный гневом рев, заметил вырастающие прямо из камня ледяные иглы, после чего обратился в бегство — хотя моя смерть уже ничего не решала, тащиться сюда еще раз мне однозначно не хотелось.
Ноги проехались по неожиданно скользкому камню, я неловко упал, почувствовал острую боль в ребрах, увернулся от какой-то ветки, спрыгнул в темную нишу между тремя валунами…
Сверху донесся еще один гневный вопль, мимо пролетело несколько огненных капель, мое убежище окатило волной неприятной стужи, но расстояние оказалось слишком большим для того, чтобы абилка василиска отработала в полную силу. Одно мгновение сменялось другим, рев не прекращался, но выбравшийся на верхушку скалы монстр никак не мог заметить своего обидчика и лишь бессильно сотрясал воздух. На темном граните мелькали яркие отблески пламени, где-то скрипели и трещали угодившие под горячую лапу ящерицы камни, однако я все еще был жив.
Потом шум оборвался и вокруг расползлась тревожная многообещающая тишина.
— Не получилось, что ли… вот дерьмо.
Вылезать из убежища было страшновато, но я все же это сделал. Никаких системных сообщений не появилось, уровней у персонажа не прибавилось, так что гребаный василиск почти наверняка остался в живых. У меня оставалась одна-единственная надежда — для босса такого уровня могла быть подготовлена заскриптованная сценка, которую требовалось активировать. Во всех иных случаях молчание системы означало мое поражение.
— Иди в пень…
Путь до вершины скалы оказался украшен многочисленными подпалинами, облачками сизого дыма, черными пятнами и другими свидетельствами устроенного василиском перформанса. Но когда я осторожно выглянул на знакомую площадку, то увидел самое интересное — рядом с небольшой лужей догорающей смолы валялась огромная и совершенно безжизненная туша моего противника.
— Э… ладно.
