Еще в 1961 году США и другие ведущие экономические державы мира основали Лондонский золотой пул, по существу представлявший собой соглашение о мерах по фиксированию цен, в рамках которых участники объединяли свои ресурсы резерва доллара и золота с целью поддержать Бреттон-Вудский валютный паритет $35 за унцию. В Золотой пул входили США, Великобритания, ФРГ, Франция, Италия, Бельгия, Нидерланды и Швейцария, половину ресурсов предоставляли США, а оставшуюся часть поделили между семью странами. Золотой пул частично являлся ответом на массовую скупку золота в 1960 году, которая временно подняла рыночную стоимость драгоценного металла до $40 за унцию. Золотой пул являлся одновременно и покупателем, и продавцом; он покупал золото во время спада цен и продавал во время их повышения, чтобы поддерживать те самые $35 за унцию. Заметим, что к 1965 году Золотой пул почти всецело занимался продажами.
Публичные нападки на Бреттон-Вудскую систему с главной валютой, привязанной к золоту – долларом, – начались еще до девальвации фунта в 1967 году. В феврале 1965 года президент Франции Шарль де Голль произнес обличительную речь, в которой он заявил, что доллару как ведущей валюте международной финансовой системы пришел конец. Он призывал к возвращению классического золотого стандарта, который он описал следующими словами: «…неопровержимая денежная база, которая не проявляет в себе признака какой-либо страны. Действительно, невозможно представить существование какого-либо стандартного критерия, кроме золота»[21].
Франция подкрепила свои слова действием. В январе 1965 года Франция перевела $150 млн в золото и объявила о своем намерении вскоре перевести еще $150 млн. Испания последовала примеру Франции и перевела в золото $60 млн из своего запаса. Если вместо $35 за унцию (как в 1965 году) использовать цену золота в июне 2011 года, то стоимость этих операций составляла приблизительно $12,8 млрд со стороны Франции и $2,6 млрд со стороны Испании. Можно себе представить, насколько существенный ущерб золотому запасу США они содержали. Де Голль «услужливо» предложил послать французский флот к берегам Америки, чтобы отвезти золото обратно во Францию.
Эти выкупы золота в обмен на доллар происходили в тот период, когда американские предприятия скупали европейские компании и расширяли операции в Европе, используя доллар с сильно завышенным курсом, что де Голль назвал «экспроприацией». Де Голль понимал, что, если американцам придется использовать золото вместо бумажных денег, это заставит их отказаться от такой грабительской политики.
Однако в конце 1960‑х годов (как и в 1930‑х) наблюдалось сильное сопротивление золотому стандарту, который сделал бы неизбежным обесценивание доллара и других валют по отношению к золоту. В выигрыше от роста долларовой цены золота были бы основные государства – добытчики золота, включая режим апартеида в Южной Африке и враждебный коммунистический режим в СССР. Только эти геополитические соображения помогли усмирить энтузиазм по отношению к новой версии классического золотого стандарта.
Несмотря на резкую критику, исходящую от Франции, США имели одного верного союзника в Золотом пуле – Федеративную Республику Германию. Это было жизненно важно, так как Германия владела активными сальдо торгового баланса и накапливала золото – как из МВФ (в ходе операций по поддержке фунта), так и в качестве своего статуса покупателя в Золотом пуле. Если бы Германия внезапно потребовала золото в обмен на свой баланс резервов доллара, то кризис доллара оказался бы посильнее, чем кризис фунта. Однако Германия тайно заверила США, что она не собирается бросать доллары в обмен на золото. Об этом было недвусмысленно сказано в письме Карла Блессинга, президента Федерального банка ФРГ, Уильяму Макчесни Мартину, председателю Совета управляющих Федеральной резервной системы США. Вот датированное 30 марта 1967 года «Письмо Блессинга»:
