— Ну а зачем отрицать? — Она повела рукой. — Он наиболее притягательная сила во Вселенной. Так почему бы не стать под его знамена? Как вы полагаете, почему Церковь Посланцев распалась в Тиферете? Да потому, что люди увидели, что прибыл Хозяин, и уже не нуждались в ней. Он создаст новый мир, новую Республику, и те, кто примкнул к движению с самого начала, станут править этим новым миром, — воодушевленно закончила Магдалина. Ее глаза азартно горели.
— Да разве вы не видите, что он собирается истребить всех до одного, как противников, так и последователей? — удивился Сейбл, почувствовав даже некоторую жалость к этой недалекой женщине. — Разве вы до сих пор не поняли, кто он такой?
— Он — живое воплощение власти и мощи Князя Тьмы, Люцифера.
— И вы поклоняетесь и служите его мощи и власти?
— Да.
— Но что, если наемный убийца сумеет проникнуть сюда и убьет Бланда? Будете ли вы чтить убийцу как еще большую силу?
— У него ничего не получится.
— Ну а если все-таки такое случится? — настаивал Сейбл.
— Нет, нет, такого не будет, — без всяких сомнений откликнулась она. — Его не выпустят из Бины.
— Так он уже достиг Бины?! — удивился Сейбл. — Ему удалось прорваться так далеко? Она неловко помялась:
— Господин мой Бланд говорил что-то об этом.
— Тогда вам пора всерьез об этом задуматься, — посоветовал Сейбл. — Теперь это уже реальность.
— Убийцу остановят в Бине!
— Я думал задержать его в Амаймоне, когда он еще ничего не знал о нашей культуре и обычаях, — указал Сейбл. — И Бланд уже стер до основания пару городов, пытаясь его остановить.
— Он бы все равно уничтожил эти города ради своей безопасности, — отпарировала она, защищаясь.
— Знаю и поэтому надеюсь, что убийца выполнит свою задачу.
— Я нахожу данную тему отвратительной!
— И я, — согласился Сейбл, с иронической усмешкой. — Что бы еще вы хотели обсудить?
— Ничего. Но, может, вам хотелось бы познакомиться с сочинениями господина моего Бланда?
— Я их уже читал, — отмахнулся Сейбл, кивнув на шкаф.
— Это было написано ради политики, — сказала она презрительно. — В настоящее время он работает над целым томом, который представляет его личную философию.
— И кто же останется в живых, чтобы все это читать? — поинтересовался Сейбл с сарказмом.
— С вами очень трудно разговаривать, мистер Сейбл, — раздраженно бросила собеседница. — Не понимаю, почему господин мой Бланд оставил вас в живых.
— Я его забавляю, — напомнил он ей.
— Да, но мне-то вы совсем не нравитесь!
— Другими словами, вы удовлетворили ваше любопытство? — заметил он с улыбкой.
— Не совсем, — ответила она, пристально оглядывая его с ног до головы. — Вероятно, мне надо переспать с вами. Возможно, вы обладаете такими качествами, которые сразу не заметны.
— А не кажется ли вам некоторым противоречием говорить об удовольствиях в подобном месте?
— А чем вам не нравится это место? — Она вскинула брови и принялась стаскивать остатки одежды.
— Право, не знаю, как вам объяснить, Магдалина-Иезавель, но я семейный человек.
— Ах да, культ Кали, — бросила она презрительно, тем не менее перестав раздеваться. — Вот теперь мое любопытство удовлетворено, мистер Сейбл. — Она резко поднялась. — У вас нет ни одной черты характера, которая бы меня позабавила или восхитила.
— Мне жаль, что у вас такое впечатление. — Сейбл равнодушно пожал плечами.
— После моего разговора с господином моим Бландом вам придется пожалеть о себе, — пообещала она. Обдав его презрительным взглядом, она, вихляя ягодицами, выплыла из комнаты.
Триумф зла так же неизбежен, как смена времен года.
На полпути между Биной и Тиферетом Джерико свернул на обочину. Он предполагал, что не сможет подобраться к Конраду Бланду слишком близко и, вероятно, ему придется стрелять издали, а не в упор. Джерико подобрал несколько мелких камешков, разложил их на низкой ветке придорожного дерева и принялся стрелять, проверяя меткость.
Первая пуля вонзилась в сук ниже и левее того камешка, в который он целился. Он отрегулировал прицел и тремя выстрелами подряд снес три камешка. В украденном автомобиле нашелся еще и лазерный пистолет, который он тоже опробовал и настроил по своему вкусу.
Отрабатывать метание ножа он уже не стал, не только потому, что это было его любимым занятием и он владел им в совершенстве, но и из-за того, что оставлял этот способ на тот случай, если от всех остальных придется отказаться. Пока он не намеревался пускать кинжал в ход.
Джерико не собирался прибывать в Тиферет до наступления темноты. Он приподнял машину домкратом, делая вид, будто меняет колесо, на тот случай, если кто-нибудь из охраны поинтересуется, что он делает у обочины.
