– Ты не мог для этого выбрать любой другой день? Нет никаких новостей. Вы разобрались с машинами, теперь сидите тихо. Любой чих и пых только через меня.
– Моих ребят уже объявили в розыск?
– А кого разыскивать, Кирюха? Я своим ребятам для виду приказал смотреть в оба, следователи опрашивают автосервисы, мойки и заправки. Ты же позаботился, чтобы те были тише воды, ниже травы?
– Конечно.
– Тогда начинай думать либо над курсами домашнего вязания, либо над переездом в другой город, страну, мне все равно. Пока не поймают кого-нибудь из других клубов.
– Это я и хотел это обсудить с тобой. Про другие клубы.
Альберт закрыл глаза и от назойливости собеседника закатил их на лоб, одновременно затягиваясь папиросой. Какие к черту клубы?
– На выходных я с Камилем созванивался, который главный у «Крыльев ночи», где Лешина сестра раньше ездила. У него несколько помощников ушли из дела, и он может взять меня к себе.
– Если будешь отсыпать ему с гонок?
– Ну, да. Я сказал, что «Ночные всадники» пока не будут катать. Про трагедию с Лешей, разумеется, ни слова. И я могу представлять его клуб в других районах.
– Кирик, о чем я сейчас говорил? Мы договорились, что вы заметаете следы и залегаете на дно.
Тихон начал бесцельно бродить туда-сюда, хватаясь руками за затылок, как бы пытаясь подобрать убедительные доводы в своем намерении. Альберт сделал последнюю затяжку и бросил окурок, устроив на нем «твист» левой туфлей.
– Альберт, я все понимаю. Но у меня есть ребята, которые на меня рассчитывают. Заправщики, шиномонтажники, мойщики, кейтеры, кто поесть привозит, вышибалы, рекламщики. Нам с ними нужно как-то на жизнь дальше добывать, согласен?
– А им от простой жизни совсем голодно что ли? Пусть они к Камилю сами и идут, ты то здесь каким боком?
– На простой жизни заработаешь только на хлеб и воду в кране. Камиль не возьмет их к себе без моего поручительства. Если даже я его заверю, что ребята надежные, с кого он потом будет спрашивать, если они вдруг исчезнут или решат его кинуть? А меня он знает давно, а я знаю, какую управу найти на тех, кто вздумает облапошить наших, – Тихон непроизвольно положил руку ему на плечо. – Ты в обиде тоже не останешься.
– Так, Кирик, без рук, – Меркулов одернул плечо, скинув массивную руку собеседника. – У меня сотрудник в больнице под капельницей, а ты мне сейчас нагло предлагаешь… Поимел бы стыда немножко… – последнюю фразу майор подчеркнул озверевшим взглядом, направленным прямо на Тихона. – Тем более, что это за ребята такие которые могут кинуть твоего подельника? У него своей обслуги что ли нет?
Организатор «Ночных всадников» будто и не слышал последний вопрос.
– Могу не предлагать, если так будет легче твоей совести, – собеседник майора перешел на полуехидный тон.
– Я не пойму, ты мне дерзишь сейчас? Окружные менты спустят на тебя таких собак, что ты пропоешь им все, когда твоего Камиля схлопнут, и он сдаст всех, кто приносил ему подачки от выигрышей!
– Подожди, не кипишуй. Смотри, сейчас ориентировка гуляет по региону, по Москве, так?
– Ну?
– Значит, в область она пока не зашла. И если не найдут – объявят на федеральный уровень только через полгода. За это время успею хоть немного поднять с гонок, и тогда с этим точно будет все. Навсегда забудем друг о друге.
На это Альберт Сергеевич лишь молча выдохнул, снова закрыв глаза. От подскочившего давления начинало отстукивать в висках, лоб будто начал наливаться свинцом. Неужели этот Кирилл a la Тихон действительно такой идиот? Вместо того, чтобы предупредить Камиля о возможных усилениях на постах и рейдах по всей Москве, он решил предложил ему свои организаторские услуги?
– Ты совсем болван, или только прикидываешься? Не путай розыск с межведомственным взаимодействием, данные на твоих гонщиков могут направить в область в любой момент!
– Так это…
– Кирилл, разговор окончен, – Меркулов показал ему останавливающий жест ладонью. – Меня ждет семья на важный ужин, я не хочу, как попугай, повторять здесь одно и то же. Никаких…
