– После всего, что я для тебя сделал!? Ты был никем, когда пришел в ГИБДД! Твой папочка умолял меня пристроить к себе, я дал тебе звание, дал гонять на мотоцикле, подарил ночную жизнь с этими гонками, уберег от следователей! Тебя ждали огромные перспективы! Так ты решил отплатить мне за все это? Тогда я заберу у тебя все – сейчас ты пойдешь к этому пареньку, – Меркулов показал на жилой вагончик. – Родишь мне ручку и листок бумаги, и накатаешь прямо здесь заявление по собственной! Предлагаю один раз, пока мы здесь…
– Тебе неясно сказали, плешивый? Завтра – в коль…
Кира не успела договорить слово «кольца»16 – Меркулов набросился на нее и начал душить. Степан среагировал быстро, и оторвал майора от девушки. Теперь майор вел себя не как тойтерьер. Он бросался, как доберман.
– Заткни ей рот, иначе я…
Со стороны тента с непонятными ящиками послышалась череда хлопков (не аплодисменты ли за этот театр откровений?). Из тени показалось два мужских силуэта, направившихся в сторону «артистов».
– Все, ребята, finita la commedia! – произнес один из силуэтов. – Ты заснял?
– Ага, и даже звук будет слышен.
– Отлично! – свет все более прорисовывал очертания приближающихся мужчин, пока Меркулов не разглядел в них…
Станислава и Егора.
– Ты еще кто такой? – спросил Меркулов у соседа Егора.
Станислав приблизился к Меркулову вплотную и показал служебный корешок.
– Начальник восьмого отдела, собственная безопасность. Давай руки.
Альберт выставил кисти рук вперед и, пока Станислав нащупывал наручники, толкнул его и побежал к «Элантре». Степан, Егор и Кира полетели за ним, но какая-то доля секунды отделила Казначеева от того, чтобы помешать Меркулову заблокировать двери изнутри.
Степан успел мельком заметить, как беглец перевел коробку с положения «P» на «D».
– Уйди! – крикнул он Кире, загородившей путь машине слева у переднего бампера.
Но реакция подвела девушку – машина ринулась так быстро, что левое зеркало ударило в левый бок Киры и приняло свернутое положение. Девушка вскрикнула и упала на землю, пока «Элантра» неслась вглубь в сторону гаражных боксов.
– Степ, за мной! – крикнул Станислав.
– Присмотри за Кирой! – крикнул Казначеев Егору перед тем, как проследовать за УСБшником. Безопасник ринулся в сторону навеса с ящиками, где стояла накрытая полотном машина. Из-под тента появился свет и послышался звук запуска двигателя (видать у Стаса на ключах было что-то вроде кнопки удаленного старта). Сорвав тент, Степан обнаружил под ним уже знакомый черный «Мерседес». Двери разблокировались, и преследователи быстро заняли свои места.
– Далеко не уедет, – сказал Стас, разворачиваясь в сторону вереницы гаражей. Степан обратил внимание, что в фиксаторы ремней безопасности водителя и пассажира спереди воткнуты заглушки. Не гоже царям кататься с лямкой на груди.
– Там тупик? – спросил Казначеев.
– И это тоже.
Черный воронок начал нагонять «корейца» где-то через сто метров – Меркулова кренило на правую сторону, от чего ему приходилось все время подруливать. С дальним светом «Мерседеса» Степан увидел, что заднее правое колесо на машине постепенно сдувалось.
– Когда успели? – спросил он Станислава.
– Тот паренек, Миша вроде, зря времени не терял, пока вы там отношения выясняли. Подложил гвоздик.
Через считанные минуты «Элантра» уперлась в один из гаражей, с единственной возможностью повернуть направо. Но вот незадача – этот поворот вел ко второму выходу, закрытому воротами для въезда и выезда. «Элантра» уперлась в ворота и оставила попытки к бегству.
Мышеловка захлопнулась. Крыса угодила в ловушку.
Вечером в среду, после окончания рабочего времени, Степан направлялся к дому № 37 на 15-ю Парковкую улицу. Дом представлял собой небольшое двухэтажное кирпичное здание, ничем не примечательное для обычных прохожих. Но для стражей порядка, оступившихся от чести мундира, закона и гражданских принципов, это было чем-то вроде чистилища – здесь определялась дальнейшая судьба полицейских.
Путь Степана проходил по уже знакомому Сиреневому бульвару. Но память о здешних местах не ограничивалась простым знанием расположенных здесь организаций, скамеек, светофоров и прочих объектов, по которым люди обычно узнают знакомые улицы. Сиреневый бульвар стал него местом ностальгии, эмоций, которые он пережил в тот или иной период времени. Месяц назад он принимал здесь экзамены у надменного Игоря Бирюкова, решившего, что в этом мире хрустящие купюры решают все. А потом гнался за ним же, когда тот решил попробовать свои навыки бесправного вождения.
Тут Степан подошел к пересечению к 13-й Парковой улицей, и его будто ударило током. Несмотря на то, что большую часть улицы привели в благородный вид, это место не могло сейчас радовать старшего лейтенанта – около трех лет назад здесь случилось то, что навсегда изменило его отношение к работе, к руководству, с друзьям и близким. Не говоря уже про пересмотр понятия «увлечения». Есть хобби, которые не запрещены законом, а есть такие, которые им преследуются. К сожалению, пересмотр хобби с уличными гонками произошел слишком поздно.
