— Нет, ни в коем случае. Удачи!
Потянув недоумевающую Адель за рукав, я открыл ближайшую дверь и зашел внутрь.
— Почему? — все, что спросила девушка.
— Много причин, — вяло ответил я, подходя к стойке трактира и заглядывая за нее. Тело лежало там, служа приманкой мухам. Я хмыкнул и потянулся за ближайшей бутылкой.
— Главная из них то, что это трактир? — скептически заметила Адель.
— Нет, второстепенная, — я поморщился, откупоривая бутылку вина. — Главная — то, что если мы пойдем за той пришибленной, нас не ждет ничего хорошего… О, готово.
Отпив из горла, я прочистил горло.
— Я, конечно, могу быть не прав, сестренка. В этом не окажется ничего плохого, но… — подняв палец к потолку, я усмехнулся, — она сама не знает произошедшего. Нам нельзя ходить по улицам так, будто все как прежде. Крестоносцы явно неплохо так нагадили здесь, и я сомневаюсь, что нас примут за безобидных горожан. Та колдунья сможет от них спрятаться. Мы с тобой — нет.
— О чем ты?
— Ну, смотри. Вот идем мы по улице, довольные собой и беззаботные. Внезапно из переулка на нас набрасывается три-четыре инквизитора. Просто допустим. Наши действия? Мне и тебе придется драться. Она же спокойно исчезнет с их глаз, продолжив идти куда хочет. У нас немного разное положение.
— Какая разница, инквизитор или нет? Ты ведь можешь колдовать. У канализации мы разобрались.
— Да, только я чуть не сожрал пару пуль, а еще мне чуть не вспороли брюхо. Так не годится, сестренка. Стоит быть осторожнее. Так что мы окопаемся здесь. Посидим пару дней, посмотрим на происходящее.
Адель молчала, наблюдая за тем, как я попиваю вино, облокотившись на стойку.
— Это из-за того, что я беременна? — мрачно спросила она.
— Ну… — я покачал головой, закатив глаза и делая вид, что думаю о чем-то. — Да!
— Просто отлично, — Адель подошла ко мне и, выдернув бутылку из рук, жадно присосалась к горлу, заявив затем: — Ты должен вычистить это место, иначе я здесь не останусь. Не хочу ночевать в одном здании с трупами.
— Ого, какая ты принцесса, — хмыкнул я, отбирая бутылку и делая пару глотков. — Не могу похвастаться умением наводить порядок.
— Просто выкинь покойников, этого хватит на первое время, — поморщилась Адель. — Уж к запаху крови я привыкну.
— Выпивка тебе поможет, я уверен, — насмешливо подмигнул я.
Оставив бутылку на стойке, я зашел за нее и, некоторое время присматриваясь к мертвецу, причмокнул. Умерший был довольно увесистым. А лезвие превратило его голову в перезревший фрукт.
Уложив его руки на пол возле головы, я задрал рубаху, создавая под разрубленной башкой подобие подстилки. Мне не слишком хотелось, чтобы Адель потом требовала от меня очистить пол от чужих мозгов.
Покашляв от пошедшего смрада, взял за ноги и потащил. Для начала можно будет закинуть труп в подсобное помещение. Все равно Адель вряд ли им воспользуется.
***
В таверне было довольно много выпивки, плесневелых остатков еды, запасов вяленого мяса и, конечно же, табака. Так что довольно скоро, найдя для нас с Адель комнатку, я сидел, прислонившись к стене, на кровати, покуривая и попивая вино.
— Мог бы ты спустить ноги на пол? Я не хочу, чтобы обувь пачкала кровать.
— Не будь неженкой, сестренка, — пробормотал я, пытаясь выудить слова из завесы дурманящего тумана в голове. — Я крайне высоко ценю твое мнение и желания, но хотел бы заметить, что нам ничего не помешает переместиться в другую комнату, когда решим поспать. Тут столько разных кроватей, что я могу хоть весь день бегать по трактиру, прыгая на всем белье, и то мы наверняка найдем к вечеру что-нибудь чистое.
— Я буду спать отдельно, — внезапно заявила Адель, отходя от подоконника и усаживаясь на край постели.
— На полу я дрыхнуть не собираюсь…
— Я буду в другой комнате. Не в одной с тобой. Понимаешь?
— Э-э-э… — я прищурился. — Почему?
— Ты пьяница, а я девушка. Каждому из нас нужно иногда быть наедине. Тебе наедине с бутылками, а мне — наедине со своими женскими делами.
— Кхм, последний раз, когда я слышал этот бред, девчонка хотела затянуться дурманящим порошком, за который ее бы выебали и убили.
Адель хмыкнула.
— Интересный порошок, должно быть.
— Нет. Просто шлюхам нельзя нюхать ничего, кроме яиц клиентов, — хохотнул я.
— Эх… Вангр, я просто хотела бы побыть одна.
— Что-то раньше, когда Лила была с нами, ты не сильно выражала это желание.
— Я не буду заплатой твоему разбитому сердцу, — холодно и уверенно сказала Адель, поднимаясь и торопясь уйти из комнаты.
— Ой, да… да ладно тебе! — я поднялся, роняя с груди пепел папирос и едва не выпустив из руки бутылку.
Дверь хлопнула раньше, чем я успел сделать хоть шаг. Пустив отрыжку, я собирался пойти следом, но вдруг понял, что мне плевать. Опустился обратно на кровать, собираясь окунуться в жесткие объятия набитой соломой подушки, и вспомнил.