Перья горят, им вредят лезвия и их переламывают дубинки. Душа Джордана была хрупкой, такой, что способна развалиться в пальцах дотронувшегося до нее. Но тело демона… хоть и было когда-то подобным человеческому, сердце грифона и бог знает какие еще метаморфозы превратили физический сосуд в организм, умеющий искусно выживать даже без воли Джо.
Я не мог добраться до души демона. Но чувствовал, что способен узнать того, кто может.
— Мой Дар не будет убийцей Джордана, — ответил я. — Но он будет тем, кто найдет нужное существо.
— Тогда постарайся не умереть раньше этого времени.
— Ради тебя, Алиса, я буду жить вечно. Где ты еще найдешь такого прекрасного прислужника, как я?
— Кончай трепаться, дурачок, — хмыкнула девушка.
Услышав скрип люка и почувствовав резкий порыв ветра в лицо, я понял — поверхность палубы ожидает моего выхода.
Выходя на палубу, лишаясь поддерживающего плеча, я почувствовал страх. Качка, ропот, чьи-то хлопки, крики птиц, все звуки смешались воедино, но ни один не имел своего образа.
А нити… их было множество. Было сложно вычленить отдельные — я пока мог осознать лишь общий настрой толпы, которая была передо мной.
Ненависть.
— Господа и дамы.
Джордан говорил умело, твердо, как подобает капитану. Но уважения во мне это не вызывало.
— Я позвал вас сюда, наверх, из-за нахождения на судне двух крайне интересных личностей. Один из них… некоторые называют его «героем»… Ян Стромовски. Человек, решивший в одиночку победить морское чудище и взять себе награду, которую он не заслуживал ни до, ни после. И вампир, Алиаэль. Здоровенный кусок мяса, который уже не раз пытался мешать мне выполнять долг. Его не остановило и то, что я сломал ему кадык. Он продолжает путаться под ногами. И сейчас, когда Ян Стромовски держит в руке пистолет, из которого только что застрелил одного из вампиров, я решил устроить интересное представление. Вместо того, чтобы самостоятельно марать руки о проблемных червяков, я дам им перебить друг друга в смертельном поединке. Вам зрелище, мне веселье. А им — заслуженная смерть!
— Тем не менее, — подала голос Некрос, — я, как первый капитан, хочу напомнить нашему второму, что в смертельных поединках не всегда умирают оба участника. Поэтому тот, кто останется в живых, будет заперт в одной из кают до конца путешествия. В дальнейшем — выпущен на берег Файльга.
Я выдохнул, крепче сжав рукоять пистолета. Проверил мешочек с патронами. Вряд ли он мог мне понадобиться — тот вампир, о котором говорил Джордан, скорее всего расплющит меня еще до первых шести выстрелов. Но все же…
— Джордан, тебя не смущает, что Ян не может видеть? — закричала Алиса из-за моей спины. — Я посмотрю, ты получаешь удовольствие от неравных боев, да?!
— Сестренка, не переживай ты так. У этого нет глаз, у того горло перебито. Слепой будет бороться с бездыханным. Все честно!
— Ублюдок… — прошипела Алиса, но слишком тихо для того, чтобы ее много кто услышал.
Сложнее всего было сориентироваться в пространстве. Я пытался понять обстановку по нитям, но их было много. Даже не видел среди них те, что принадлежали противнику. Наверное, потому что здесь все были врагами.
Сделав несколько шагов вперед, остановился. Передо мной оказалось место без скопления существ. Очевидно, подобие ринга, как и тогда, со старой упырихой. Ленты желаний и намерений тянулись ко мне, но источников поблизости не было. Разве что один — впереди. Четыре шага. Меня желали разорвать на куски. Но был это мой соперник или нет… я не знал точно.
— Что, так значит, тебя тоже невзлюбили? — поинтересовался я, приподнимая револьвер и сжимая пальцами дрожащую правую.
Нити вокруг слегка поменялись. Я заметил Алису. Она чувствовала ко мне жалость, хотела выйти, защитить, раскромсать всех вокруг меня. Показались нити Айви — она веселилась, и моя фраза лишь добавила ей настроения. Валькирия испытывала холодное презрение. Но не желала сделать ничего — возможно, единственное существо, чьи нити не тянулись ко мне сейчас.
Действия, намерения, эмоции, все это было спутано уже не просто в тонкие струны — в канаты. Я чувствовал, как мой Дар расцветает с каждой секундой. Чем дольше я был вампиром, тем больше я понимал свою Силу.
Передо мной совершенно точно стоял противник. После моего вопроса он все так же хотел разорвать — но теперь в его эмоции вмешалось отчаяние. Не проигравшего, но обреченного.
— Тебе неприятно, наверное, быть участником поединка насмерть? Без особой причины, вины…
Эмоции разгорались во враге. Но он стоял, так же как и я. Джордан молчал. Скорее всего, ему было интересно, что я еще скажу.
Демон закричал после пары секунд общего молчания:
— Деритесь!
Вампир бросился на меня. Он бежал напролом, его нити цеплялись за доски впереди, обозначая будущие шаги; подбирался все ближе.
Я направил револьвер, сконцентрировался на пуле. Ее жилки тянулись ко всем участкам тела вампира. Выстрел мог быть совершен куда угодно. Я выбрал колено.
Грохот. Нить, стремительно сгорающая — вампир отскочил с линии огня.