Сложно разгадать тайну чужих имен. Но легче — тайну лиц. Тело валькирии, украшенное мышцами, привыкло носить тяжелые доспехи последовательницы Фрейи. И сама валькирия, хоть не была лишена женственных черт, выглядела больше как воин. Сильная, отважная. Хоть все еще не освоилась в этом мире, уже готова спасать чистых и губить запятнанных. Лишь бы различить тех от других. В этом ей помогают друзья, и она за то благодарна.
Взгляд ее серых глаз… проникает в душу. И согревает. Никогда не подумаешь, что эта девушка способна злиться или злить. Чиста, озарена… чем-то божественным. Говорят, что валькирии — дочери ангелов. И эта воительница, любящая расправить крылья, не даст усомниться в россказнях.
Волевой подбородок, множество тонких косичек. Узкий шрам на горле, удивительно изящные пальцы. Серьга в левом ухе, на шее — чернильный рисунок руны Фрейи. Столько черт, столько удивительного… Валькирия — символ силы, благородства, красоты.
— Ты внимательно смотришь, оттого мне кажется, что пытаешься запомнить. Поведай же, что привлекло и что тебя так беспокоит во мне? — валькирия внимательно слушала ответ, и в конце улыбнулась, выражая согласие. — Что же. Я редко так делаю. Обычно ни к чему сообщать имя кому-то, кроме друзей. Но ты будешь один такой, кто узнает без права. Меня зовут Аллаза. Запомни тогда и это.
Имя это звучало прекрасно. Впрочем, оставляя мнение о нем… стоило услышать тайное слово валькирии, как мне на плечи легли чьи-то руки, а взгляд Аллазы наполнился теплом и любовью.
Да, это ее руки лежали на моих плечах. Та, что несла смерть… та, что была бессмертной духом. Она продала все — свой разум, свою душу, — ради силы мстить. И она же смирилась с невозможностью мести. После этого, познав любовь, радостно посвятила последнее, что было у нее. Тело. Отдала любимой девушке, пообещав всегда быть рядом. Отдала той, что парит в небесах. Свободной птице, свившей гнездо на самой земле, лишь бы быть с Айви…
— Значит, это ты докучаешь моей сойке? — хмыкнула вампирша, задирая подбородок и крепче сжимая пальцами мои плечи. — Обмякни, дурачок, я не сделаю тебе очень больно. Не при ней.
Айви была жилистой, худой. Бандитка, не считавшаяся с честью, не кланяющаяся законам стран и разума. Из нее вышел первоклассный вампир. Яркий представитель, подходящий почти под все набившие оскомину слова. «Безумный», «опасный», «хищный». Живучий.
Айви пережила смерть три раза. Первый — когда узнала об убийстве брата, получив напоследок лишь его кошель с грошами. Который ей принес убийца. Второй — когда бандитку обращали в вампира. Процесс шел слишком тяжело, и Айви многое в нем потеряла, получив взамен лишь силу. Третий… о нем нельзя много говорить. Иначе Айви узнает. И рук больше не сносить. Всему свое время, и эта история тоже однажды произойдет.
Ее кожа смугла. Глаза когда-то были зелены, как можно знать. Сейчас же наполнены черным туманом. Волосы подобны ночному беззвездному небу. Сама она невысока… и потому… выглядит подобно змее. Той, что иногда появляется на ее руке.
Украшений немного. Лишь тонкий золотой браслет на правой кисти мог бы послужить заметной чертой. Если бы не прятался в длинном рукаве и перчатках, которые Айви по привычке носила. Как и шляпу с широкими полями. А под одеждой ее, без сомнений, можно найти пару кинжалов. Излюбленное оружие воров, вымогателей, убийц… писцов, которым перья не мешает наточить.
— Что же, надеюсь, ты насмотрелся, приятель. Это было мое место, и тебе на нем уже не время сидеть. Так что взлетай поскорей, я хочу провести вечер с любимой, — Айви похлопала меня по плечам и удивилась. — Ого, ты сам встаешь. Культурный молодой человек, посмотрите на него. Счастливо, приятель. Не забывай кошелек!
И она бросила мне мою вещицу. Так небрежно, будто я сам ее оставил. Ворье… с ними нужно быть настороже.
— Ну что, братка, дрогнем? — он улыбался, так беззастенчиво и дружелюбно, будто у него и нет врагов. Да, Вангр этим славился. — Да не жмись ты, ну! Я тебе ведь не чужой.
Рыжий, веснушчатый, озорной вор. Он не так часто о себе рассказывает, но чувствуется, что эти хитрые глаза многое повидали. Превратившись в вампира, он перенял туман Алисы, его взгляд помрачнел. И все же, что-то толкало верить ему. Возможно, дело было в его улыбке. Простой и бесхитростной. Это важное умение для преступника: уметь располагать к себе.
Вангр не носит с собой оружия. Его выбор — кулаки. Им он доверяет так же, как своим ногам и пальцам. Человек — сам по себе инструмент. Так считал Вангр, стараясь избегать даже магии и даже… собственного вампирского Дара. В чем-то его можно было понять.
Движения Вангра были плавными, выверенными. Не могло покинуть чувство, будто он всегда настороже. Это справедливо, если ты привык быть чьей-то добычей. Хотя по осанке, по взгляду, по поведению невозможно сказать, что этот мужчина считает себя добычей. Скорее, наоборот.
